Выбрать главу

Аддерли заметно расслаблялась, когда в этом, так называемом тренинге, который сама девушка окрестила самой настоящей пыткой, не нужно было участвовать напрямую, а только организовывать. Она не без удовольствия смотрела, как сам директор лагеря сидел на месте диджея и в нужные моменты включал музыку, Лирён вела само мероприятие, размеренном голосом проговаривая задания, а Нэнси и Джин ходили вокруг детей и коллег, которые даже не подозревали о их присутствии из-за масок на глазах.

Первая часть тренинга была самая простая, без особого участия организаторов. Участники, услышав все вводные, просто были самыми настоящими слепыми котятами, которые в масках просто ходили по сумрачной территории репетиционного зала, и старались хоть немного понять об их окружении. Ким и Коннорс изрядно постарались, расставляя стулья по всему периметру помещения, а от этого тихо хихикали, когда кто-то случайно их задевал и непременно чертыхался.

Взоры организаторов были направлены более пристально на своих коллег, которые выглядели весьма презабавно во всей этой атмосфере. Юнги был невероятно недоволен. Казалось, даже больше, чем обычно. Сначала он тоже, как и остальная толпа, по инерции начал двигаться и старался что-то понять только на ощупь, но через какое-то время он просто сдался и прибился к одной из стен, в явном ожидании конца этой бесконечной поездки по личному кругу ада.

Тэхён и Хосок неожиданно объединились и стали голосом разума в этом импровизированном хаосе. Они напоминали всем участникам о заданиях, которые озвучивала Ян, и направляли толпу на решение проблемы. Если бы девушкам ещё раньше сказали об этой неожиданной коллаборации, то они бы не поверили, ведь в памяти ещё ярко горел образ медика, который был готов расфасовать хореографа на органы в маленькие стерильные пакетики.

Ну а Чимин и Чонгук были просто Чимином и Чонгуком. Они дурачились ровно так же, как и в первый день на территории лагеря, когда они только вышли с блестящего фиолетового автобуса. Тренер быстро освоился на нововведение в виде лишения зрения, поэтому ловко раззадоривал бедного шеф-повара, который всё ещё немного терялся в пространстве. В общем гуле разговоров детей постоянно были слышны их вскрики и смешки.

Лиз наблюдала за всеми участниками процесса не без улыбки, сидя на столе и покачиваясь в ритм плейлиста, составленного специально для тренинга. Она так увлеклась просмотром, что даже не сразу заметила подошедших Нэнси и Лирён.

- Нам пора вводить медика в игру, - ещё раз повторила старшая, - не думаю, что логичным будет давать эту роль Тэхёну.

- Он и так слишком сильно вжился в эту должность, не оторвёшь, - хихикнула Коннорс.

Аддерли внимательно рассматривала всех играющих. Она с самого начала знала, кто должен был получить активную игровую роль.

- Это будет Юнги, - девушка спрыгнула со стола, - а то чего он там забился в углу, как маленький котёнок, пусть поиграет.

Подруги согласились с таким решением и дали Лиз реализовать задуманное.

Легко огибая играющих, девушка чуть ли не в припрыжку приближалась к диджею, размахивая важным атрибутом игры – шапкой. Все игроки знали правила: если на голову надевается шапка, то тот должен подчиниться и идти за организаторами. Так можно было получить подсказку или новые вводные для игры. Но диджей всё же немного растерялся, пока его прекрасное уединение потревожили каким-то странным предметом на его светлых волосах.

Аддерли цепляется за его руку и утягивает мужчину за собой, чуть ближе к выходу, где звуки тренинга звучат немного тише. Она ставит его перед собой и уверенно складывает свои ладони на его крепких плечах. От неожиданности Мин ухватил девушку за талию и немного притянул к себе, от чего нежная кожа той покрылась мурашками. Пока большие пальцы диджея водили по открытому участку кожи, он придвинулся ещё ближе и провёл носом возле лица Лиз.

- Русалка, это ты, - слегка облегчённо произнёс тот, - твой запах я узнаю из миллиона других. Прям мой спасательный круг в этом безумии.

- Осторожнее, я могу принять это за комплимент, - усмехнулась вожатая, а сама не понимала, как ещё не растеклась лужицей от смущения возле его ног.