— Криворукая альфа, доволен? А волос здесь почти и нет, — я посмотрела на пол и тут же захныкала. И вправду, чем длиннее волосы, тем больше приходился стоять на коленях и ползать с валиком по ковру, собирая их. — Я соберу их.
Дядя издал звук, похожий на легкое рычание в горле.
— Ещё бы, звезда моя. Я, по-твоему, должен ползать и собирать их? Гляди, то такими темпами, куклу Вуду тебе сделаю. Волос же у меня дох...
— Я поняла, хорошо. Я все соберу и приду. — перебила я мужчину, который редко выбирал выражения для общения со мной или другими оборотнями. Любит нас всех, наверное.
— А я что пришёл то...?
— А я не знаю! Может почувствовал, как мои рыжие волосы падают на твой ковёр? — снова перебила его я, убрав расческу на тумбу и натянув сверху серую шапку.
— Звук выключи! — дядя прошёл вперёд, садясь на диван. — А, вспомнил. Ты достала так громко думать, твои феромоны мне чуть уши не заложили. Ты похожа на павлина, распушившего хвост, а не на умную альфу. — он секунду помолчал, вглядываясь в мои глаза и тут же произнёс: — Шапка отстойная.
— Пытаюсь потакать твоему образу!
Через секунду в меня летела уже подушка.
***
Когда я все-таки собрала свои волосы, почистив весь ковёр до блеска, мы пошли с дядей на кухню, который ворчал от моего слишком ужасного образа, который никак на его не похож. Чтобы успокоить его и уже взбесившуюся меня, я сняла эту шапку, демонстративно оставив её в комнате.
Мы с ним уселись за стол, молча смотря друг на друга. Это противостояние длилось несколько секунд, не больше. Казалось бы, кто может выиграть в этих гляделках? Альфа-самка, которая сильнее многих самцов или же обычный больной волк, который уже как бы и не оборотень. Ну конечно, если вы догадались, то поздравляю вас, можете идти в экстрасенсы и балакать про наше будущее. Пришлось мне поднять свой зад и идти накрывать на стол, я же альфа.
Мой дядя мне и нравился тем, что несмотря на мою силу и характер, может приструнить моего внутреннего зверя, который молча повинуется, сложив лапки. И какая я/она после этого альфа?
— Чего будешь? Яичницу или, — смотрю в холодильник и понимаю, что здесь с трудом хватит яиц на одного человека, — или снова яичницу?
— Вау, какой выбор, а подумать можно?
— Нельзя. Не хочу провести у холодильника ещё сто лет, ожидая твой выбор.
— Ладно, так уж и быть, уступлю тебе. Я буду яичницу.
— Хороший выбор. — язвлю я, доставая на ходу яйца и масло.
Мои кулинарные успехи заканчиваются на готовке подгорелой яичницы или же совсем несоленых макарон. Дядя мой, как и я, готовить не умел, поэтому делали мы это поочередно. Он ел мою подгорелую яичницу, забахивая туда столько майонеза с кетчупом, что отвратительный вкус почти исчезал, а я ела супы, с трудом запихивая ложку в рот.
Наши денежные средства были совсем не велики, не смотря даже на то, что мой дядя является братом моей матери, которая по совместительству является и альфа-самкой Ангарских гор. Таких как она называют Луна. Самка альфы. Она так же является второй в иерархии стаи. Все должны уважать её и поклоняться, как и самому альфе. Если самец отсутствует, то она становится главной. Если же кто-то испытает хоть капельку ненависти к ней или же проявляет непокорство, то альфа вправе вызвать обидчика на бой или убить. Уж слишком наши волки любят своих самок.
Вернувшись в реальный мир, я разбиваю яйца, тут же понимая, что половинка скорлупы упала в сковороду. Руками пытаюсь достать её, но та змеюга никак не попадается. Ладно, и так съест.
— Динара!! — одно яйцо с грохотом падает на пол, тут же разбиваясь. Навостряю уши, тут же осознавая свою оплошность. Смотрю на дядю, который со спокойным лицом глядит на разбитое яйцо.
— Ты же слышал?
— Да! Кажется, стая тебя нашла... Блин, только давай быстрее, а то яйцо прилипнет к полу.
Что? Он шутит?
Кидаю мокрую тряпку на это яйцо, чтобы оно так не беспокоило дядю и выбегаю на улицу, остановившись у крыльца. Краем глаза вижу, что ловушки работают. Красная мигающая кнопка, чуть видневшаяся из-под выключателя, светится. Теперь перевожу взгляд на стаю.