Глава 23 - "Будь добра, не подохни там!"
Глава 23 ~ Будь добра, не подохни там! ~
Вира
— Мне нужно вам напомнить, что вы безответственные, самоуверенные и слишком тупые щенки? — скрестив руки на груди, дядя облокотился плечом на стоящую рядом березу и улыбнулся, сверкнув своими зубами. — Я запросто могу напомнить.
— Нам хватило и предыдущих раз сто, спасибо, не надо. — сказал Алек, завязывая шнурки.
День Х (икс) настал. Сегодня мы отправимся на базу, в которой, как мы думаем, проводят опыты над ликанами, делая их силу невероятной. Именно эти ликаны чуть не убили мою старшую сестру, изрезав ее тело на мелкие кусочки. От этих мыслей я вздрагиваю и тут же улыбаюсь, когда на мое плечо ложится рука Рекса, стоявшего неприлично близко. Дядя, увидев это, сверкнул глазками и тут же подошел ближе, пролезая между мной и Рексом.
— Заканчивайте сюсюкаться. Никто вам добро не давал. — дядя отпихнул Рекса и посмотрел на меня. — Если он к тебе пристает, то так и скажи. Я вырву его яйца и пожарю на завтрак Динаре.
— Дядя! — шикаю я, замечая, как Рекс начинает шумно дышать, а Микс качает головой и хмуро глядит на бету.
— Он угрожает тебе? Скажи: «Рекс, чмо», если угрожает, а если нет, то скажи: «Рекс, говнюк».
Что? Он прикалывается?
— Я не буду ничего говорить. Это даже не смешно.
Дядя хмурит свои брови и поворачивает голову к Рексу, а потом снова ко мне. Если это его забота, то пусть идёт лесом. Не представляю, как Дина жила с ним все это время. Он, наверное, отпугивал всех ее ухажёров за километр. Те даже подумать не успевали, не говоря уже о том, чтобы подойти к понравившейся девушке. Дядя, безусловно, доставал дробовик и махал перед лицами бедных парней.
— Как Дина тебя выдерживала? — спрашиваю я, натягивая на себя кофту.
— Дина? Меня? — дядя засмеялся, благодаря чему я еще раз убедилась, что у него не порядок с головой. Может это семейное? — А почему никто не спрашивает, как я выдерживал Динару? Она как раскидает свои волосы по ковру, так хоть стой, хоть падай. А ты видела, сколько она воды в душе расходует? Озеро, из которого и идёт эта вода, иссушено, а все рыбы подохли из-за засухи. Смотри, — дядя указывает на волосы и снова улыбается. — Знаешь, почему у меня вся голова седая?
Я смотрю на его темные волосы и хмурю брови. Седых волос совсем нет.
— У тебя нет седых волос. — говорю я, качая головой.
— Да, нет, но будут. Я это так, на будущее говорю. — дядя отходит от меня и снова осматривает с ног до головы. — Было бы круто, если бы ты не подохла прямо там, хорошо? Попытайся прийти обратно..
Неужели это то, о чем я думаю? Неужели он будет переживать? На губах появляется улыбка.
— .. а то мне в падлу тащиться туда, искать твой труп и самому копать яму. — заканчивает свою фразу дядя.
Нет. Я ошиблась. Это самый странный и непонятый оборотень, которого я когда-либо видела и знала.
— Хорошо. Могу сейчас выкопать яму, чтоб тебе проще было. — говорю в ответ я, расплываясь в улыбке. Как же я буду скучать по этому юмору. Он такой зануда и такой грубый, но он мой дядя, который научил меня всему с нуля. А теперь я ещё и шучу так же, как он. Господи, да с ним нельзя оставлять людей. Сначала Динара, а потом я. Что будет, когда я приведу к нему своих детей? Они потом собственную мать будут лесом посылать.
Дядя хмыкает, а потом неожиданно для меня, обнимает за плечи и крепко прижимает к своему телу.
— Будь добра, не подохни там.
— Да, я помню. Ты не хочешь утруждать себя идти искать мой труп..
— Нет, я не хочу объясняться Дине в том, что ее младшая сестра погибла, а я, старый пёс, не смог ее остановить. Выживи, ладно?
— Обещаю.
Целую дядя в щеку и подхожу к парням, стоявшим все это время не далеко от нас.
Алек кивает дяде и уходит в лес. Я же подхожу к Рексу и дарю ему свою улыбку, на которую он тут же отвечает и целует меня в щеку. Микс закатывает глаза и идёт за нами.
***
24 часа спустя ..
— Я даю тебе десять секунд, чтобы открыть глаза и подняться с этой больничной койки, а иначе я вылью на тебя ведро холодной воды.
Дядя нависал над племянницей, просверливая ее своими темными глазами. Каждый его мускул был напряжен, а вокруг суетилась волчица, умоляющая мужчину выйти из больничной палаты. Динара ещё не пришла в себя. Раны на ее коже затянулись, но она по-прежнему лежала без сознания. Трубки, которые все это время поддерживали в ней жизнь, были отключены и убраны.