Джон, новый бета стаи, подбежал к своему альфе и положил руку на его плечо.
— Моя стая занимается оставшимися ликами и людьми. Никто не выйдет отсюда живым. — говорит Ник и не спеша подходит к своей старшей дочери. Я иду за ним следом.
Хоть он нам и помог, но доверять я бы ему так скоро не стал. Отдать собственную дочь на поруки другому оборотню — не заслуживает моего уважения. Ник провёл кровавой ладонью по лбу дочери и чуть улыбнулся. Джон и я встали по бокам от альфы, отца Динары.
Я вообще удивлён, что он откликнулся на призыв о помощи. Его стая сейчас не в лучшем состояние, но он все равно здесь. Это, наверное, дорогого стоит.
— Где Вира?
— С дядей и моим бетой. Она в порядке. — сказал Микс, скрывая свою боль. Его словам я верил.
Рекс — бета Северной стаи, а значит они имели связь, через которую держали друг друга в курсе всех событий.
— Неужели это конец?
Глава 28 - "А мне говно разгребать"
Глава 28 ~ А мне говно разгребать ~
Динара
— Почему ты такая загруженная? — Алек улыбнулся и его светло-голубые глаза ещё сильнее засверкали из-за ярких и обжигающих лучей солнца. Несмотря на жару, из-за которой дыхание было усложнённым, Алек выглядел слишком радостным. Уголки губ были подняты вверх всю нашу невероятно длинную дорогу.
Я же больше походила на уставшую бабуленцию, для которой каждый шаг отдавался болью в суставах. Через каждые пару метров я останавливалась и пыталась отдышаться. Солнце так жарило, что я больше походила на поджаренную курицу, чем на альфа-самку. Подняв взгляд к небу, я тут же захныкала. Даже сквозь солнечные очки — это жёлтое чудо продолжало жалить мне глазки. Алек, по доброте душевной, протянул мне бутылку воды.
— Ох, черт. — успела сказать я, прежде чем вылить воду на свою голову. Холодная водичка тут же потекла по моим волосам, щекам и шее. Придя в себя, я сделала пару глотков и отдала пустую бутылку альфе. — Почему именно гора?
Ангарские горы. Упаси боже вам попасть на них.
— Твой отец настоял на том, чтобы ты поговорила с ним. — когда сбоку снова раздался довольный голос Алека, я завыла.
Это парень стал совсем невыносим. После миссии в лаборатории он не отходил от меня ни на шаг. Каждый божий час он менял мне мокрые тряпки и смотрел, чтобы я излечивалась правильно. Он сидел со мной даже тогда, когда луна была настолько чувствительна, что сидеть на стуле у кровати девушки было бы нереально. Все это время он был рядом. Не шутил, не издевался. Его тело, как и моё, было напряжено и слишком возбуждено. У меня уже как два дня была течка, которую я упорно не замечала, но Алек, уверена, чувствовал её и на расстояние. Но даже не смотря на это все, парень воздержался и ни разу не намекнул на соединение.
И тогда я решила дать ему шанс. Шанс на дальнейшую совместную жизнь. В следующие полнолуние мы объявим себя парой.
На этом дурацкие, на мой взгляд, новости не закончились. Вира и Рекс воссоединились и стали единственной истинной парой на моей памяти. Парень настолько светился от счастья, что я с трудом удержалась, чтобы не заехать ему по зубам, а вот мой дядя с радостью плеснул в его лицо остатки шампанского. Если бы не Вира, то могла бы случиться схватка. Бета все-таки сцепил зубы и промолчал.
Сейчас же дядя шёл впереди и напевал песню Рианны себе под нос. На его плечах висел походный рюкзак, а в руках он держал трость, на которую облокачивался, когда чувствовал боль в бедре. Рана была чуть больше и серьезнее, чем мы ожидали, поэтому даже зашив ее, дядя продолжал испытывать дискомфорт. Я же просила его остаться в Северные стаи, но он достал из кармана кулак, а потом показал средний палец, удивив этим всех кроме меня.
— Если хочешь идти с нами, то вперёд, старик. Но знай, что на руках я тебя не понесу. — сказала тогда я.
Дядя все равно пошёл с нами. Вира и Рекс помахали нам радостно ручкой и ушли в свою берлогу трахаться, а Микс лишь покачал головой и пожелал нам не сдохнуть по пути в гору. И смотрел он тогда строго на меня. Конечно, блин, он знал, что подъемы в гору — это не моё.
Когда мы поднялись наверх, я упала на колени и даже готова была целовать землю под ногами. Алек начал осматриваться. Дядя поставил рюкзак на землю и попытался улыбнуться, но сквозь эту маску я увидела настоящую боль и скорбь. Когда он был здесь в последний раз, то чуть не был убит ликанами. А совсем недавно он узнал про смерть своей сестренки. Сейчас у него мириады отрицательных эмоций, и я его понимаю. Сама не желаю здесь находиться дольше нужного.