— Надо думать, — произнес он, — ты мне сейчас скажешь, что это не сработает, потому что мы не продумали какие-то детали.
— Не хочу портить тебе отдых, — ответил я. — Если хочешь, то я ничего говорить не стану.
— Нет, давай, папа. Пусть лучше я услышу дурные вести сейчас, чем потом, после того, как мы потратим время впустую.
— Хорошо, сказал я. — Насколько я понимаю, обычно на пиратском корабле сразу после захвата добычи происходил ее дележ. Это делал не капитан, а квартер-мейстер, обычно пират, слишком старый для того, чтобы управляться с саблями и крюками, но наделенный доверием команды. Все делили поровну, разве что капитан мог получить двойную долю, а другие офицеры на корабле — доктор, канонир и еще кто-то — могли получить полторы доли, если таков был корабельный устав. Если кто-то пытался утаить добычу — его могли повесить или по крайней мере протащить под килем.
Понимаешь, капитан не получал самой богатой добычи. Когда судно возвращалось в порт, пираты тратили свои деньги во время одного огромного кутежа. Очень редко в руках одного человека скапливалось столько добра, что его стоило бы прятать. Кроме того, я полагал, что пират Уэйн держался ближе к водам Карибского моря.
У бедного Стиви задрожали губы — так бывало всегда, когда я разрушал один из его безумных замыслов. За год до того он и Хэнк говорили о том, что попытаются выращивать копру на Галапагосских островах. Идея казалась им превосходной. Мне пришлось объяснить, что, во-первых, на этих островах копра не растет; во-вторых, что копра — это всего лишь сушеное ядро кокосового ореха, очень вонючее; в конечном итоге оно используется в производстве шампуня или идет на корм свиньям в Айове.
Как оказалось, Стивену выпал шанс и посмотреть Галапагосы, и поохотиться за сокровищами гораздо раньше, чем мы ожидали.
Следующим летом мой босс, Эзо Дрексель, отправился на своей яхте в экспедицию, связанную с исследованиями по морской биологии. Перед отъездом он сказал:
— Вилли, я не могу взять тебя на весь этот круиз, потому что кто-то должен управлять нашей компанией. Но мы плывем на Галапагосы. Может, тебе взять Дениз и детей, полететь в Гуаякиль и Балтру и встретить меня там? Мы можем совершить тур по островам. Это неплохое приключение, а ты сможешь вернуться в город через десять-двенадцать дней. Макгилл будет вести дела во время твоего отсутствия.
Меня не потребовалось долго уговаривать. Из всех моих домашних от поездки отказалась только Элоиза, наша дочь-студентка. Она сказала, что ее летняя работа слишком важна, что она дала обещание своим работодателям и так далее. Я подозревал, что она просто не хотела надолго расставаться с молодым человеком, в которого была влюблена. Стивен, который только что закончил среднюю школу, пришел в восторг.
Самолет доставил мистера и миссис Уилсон Ньюбери, с сыном Стивеном и дочерью Присциллой, на остров Балтра, где к пирсу был пришвартован «Амфитрит» Дрекселя. Два небольших корабля, которые возили туристов по островам, вышли из гавани, так что «Амфитрит» оставался в полном одиночестве.
Дрексель выглядел как настоящий сагиб, в шортах и спортивной куртке, с белыми усами и обгоревшим носом; он приветствовал нас своим обычным громогласным ревом. Его сопровождала жена, невысокая седовласая женщина, которой очень редко удавалось вставить хоть слово в разговор. Был там и еще один мужчина, маленький, загорелый, с белыми волосами; его я прежде не встречал.
— Это Рональд Тюдор, — сказал Дрексель. — Ронни, познакомься с Дениз и Вилли Ньюбери. Вилли — человек, который спасает «Трастовую компанию Харрисона» от разорения, когда я удаляюсь от дел. Вилли, Ронни — это человек, который отыскал сокровища «Санта-Каталины» из Мельбурна.
— Мельбурн — тот, что в Австралии? — спросил я.
— Нет, недотепа; Мельбурн во Флориде. Это судно было частью флотилии, которая потерпела там крушение в 1715-м.
— Ого, — сказал я. — А это ваше постоянное занятие, мистер Тюдор?
— Никогда не называл такие дела постоянными, — сказал низенький пожилой человек, хитро усмехнувшись. Говорил он быстро, будто выстреливая словами в собеседника. — Я действительно этим занимаюсь время от времени. Прямо сейчас… но лучше подождать, когда мы отчалим.
— Вы хотите сказать, — поинтересовалась Присцилла, — что собираетесь отыскать какое-то сокровище на этих островах, мистер Тюдор?
— Вы все узнаете, юная леди. Поскольку мы до завтрашнего утра паруса не поднимем, может, стоит сейчас поплавать?
Мы плавали вдоль ближайшего пляжа, где ржавел перевернутый корпус десантного судна времен Второй мировой. Дети весело проводили время, гоняясь за кра-бами-призраками. Эти существа, отрезанные от своих нор, мчались к воде и погружались на дно почти мгновенно.