— Я девчонка, — напомнила Герцог. — Так что когда мне нравятся мужчины — это нормально. Вот если бы я твое тело назвала соблазнительным, тогда меня бы можно было заподозрить в лесбийских наклонностях, ведь ты сложен, как девица.
— Ну, уела, — сказал я.
Герцог перевела взгляд на меня:
— Хотя Джей, блин, просто образчик мужественности по сравнению с тобой.
На это мне ответить было нечего.
— Кеун на работе — у него в рождественскую смену двойная оплата.
— А, точно, — вспомнил Джей. — Я и забыл, что «Вафельная» всегда открыта, как промежность у Линдсей Лохан.
Я рассмеялся. Герцог же просто скривила лицо и запустила фильм. Дэниел Крейг вышел из воды в обтягивающих трусах-шортах. Герцог удовлетворенно вздохнула, а Джей сидел с кислой миной. Через несколько минут я услышал тихий щелчок. Это Джей вскрыл упаковку с зубной нитью. Он на ней был просто помешан.
— Гадость, — высказался я.
Герцог остановила фильм и сердито посмотрела на меня. Не зло, просто сморщила свой нос-кнопку и поджала губы. Я всегда по глазам понимал, действительно ли довел ее, но сейчас девочка почти улыбалась.
— Что? — спросил Джей, между зубов у которого свисала зубная нитка.
— Чистить зубы на людях. Это так… Убери, пожалуйста.
Он неохотно подчинился, но ему надо было, чтобы последнее слово всегда осталось за ним.
— Мой стоматолог говорит, что более здоровых десен ни у кого не видел. Никогда.
Я закатил глаза. Герцог убрала за ухо выбившуюся кудряшку и снова запустила фильм. С минуту я смотрел на экран, а потом поймал себя на том, что перевел взгляд за окно — в свете далекого фонаря казалось, что снег сверкает тысячами падающих звезд в миниатюре. И хотя мне не хотелось причинять родителям огорчения или лишать их возможности провести Рождество дома, я мечтал о том, чтобы снега навалило еще больше.
(глава вторая)
Через десять минут после того, как мы вернулись к просмотру фильма, снова зазвонил телефон.
— Господи боже! — возмутился Джей, хватаясь за пульт.
— Твоя мама еще более приставучая, чем некоторые парни, — добавила Герцог.
Перепрыгнув через спинку дивана, я схватил трубку.
— Да, — сказал я, — как дела?
— Тобин! — Это была не мама. Кеун.
— Кеун, ты разве не…
— Джей у тебя?
— Да.
— Громкая связь работает?
— Э, а зачем тебе…
— ГРОМКАЯ СВЯЗЬ РАБОТАЕТ? — заорал он.
— Погоди. — Я принялся искать нужную кнопку и сообщил остальным: — Это Кеун. Требует громкой связи. Что-то с ним не так.
— Ну и ну, — сказала Герцог, — скажи еще, что солнце — это клуб светящегося газа или что у Джея крошечные яйца.
— А вот сюда не лезь, — огрызнулся Джей.
— Куда не лезть? К тебе в трусы с самой мощной лупой в поисках твоих малюсеньких яичек?
Я отыскал кнопку громкой связи и нажал на нее:
— Кеун, слышишь меня?
— Да, — ответил он. Рядом с ним кто-то шумел. Какие-то девчонки. — Слушайте.
— Туда, где владелица самых маленьких на свете сисек берется рассуждать о чужом достоинстве, — ответил Джей Герцогу, а она швырнула в него подушкой.
— СЛУШАЙТЕ СЕЙЧАС ЖЕ! — снова заорал из телефона Кеун. И все заткнулись. Кеун был поразительно умным и говорил всегда так, будто выучил все свои реплики заранее. — Так. Сегодня мой менеджер на работу не вышел, потому что его тачка застряла в сугробе. Поэтому я выступаю в роли и повара, и его помощника. Тут помимо меня еще два работника, а именно Митчелл Кроуман — раз, и Билли Талос — два. — Митчелл с Билли учились в той же школе, что и мы, хотя я не мог утверждать, что мы хорошо знакомы, потому что они бы меня из очереди не позвали. — Сначала все было спокойно, ситуация изменилась только минут двенадцать назад. Зашли всего два клиента, Алюминиевый и Дорис, самая старая курильщица Америки из тех, что живы. Но потом появилась эта девчонка, потом Стюарт Вайнтрауб (еще один наш одноклассник, хороший парень) с кучей пакетов из «Таргета». Они немного отвлекли Алюминиевого, а я читал «Темного рыцаря» и…
— Кеун, ты к чему это все рассказываешь? — поинтересовался я. Иногда он говорил слишком пространно.
— Да, повод есть, — ответил он. — Даже четырнадцать. Потому что минут через пять после появления Стюарта Вайнтрауба наш добрый и любящий Всемогущий оценил поведение своего раба Кеуна и ниспослал в нашу чудесную «Вафельную» четырнадцать черлидеров из Пенсильвании — в танцевальных костюмах! Джентльмены, я не шучу. «Вафельная» битком набита черлидерами. Их поезд отменили из-за снежных заносов, так что они остаются тут на ночь. И все наглотались кофеина. Делают шпагаты на столе для завтраков.