ʹЯ не сломал ей кости… правда?ʹ
Аккад, попав в затруднительное положение, нахмурился. Хоть у него и был дурной характер, он никогда не бил женщин. И все же он здесь, держал в руках благородную даму, даже не замужнюю, возможно, со сломанными костями.
Если ему не повезет, она потребует, чтобы мужчина взял на себя ответственность за нанесенный ущерб, а также, возможно, и брак. От тревожного воображения Аккад ощутил подступавший к горлу комок. Было бы куда лучше, если бы женщина попросила денег.
Аккад не сдержал своих эмоций о возможном его будущем.
— Дайте-ка подумать.
Выдохнув, Аккад стянул простыню, покрывавшую ее тело. Затем он без колебаний осторожно прикоснулся к ее белоснежной коже. Он тщательно проверил состояние костей, нажимая на каждый дюйм ее плеча, задней части тела и крохотной шеи, с размером не больше его кулака.
ʹК счастью, повреждений нетʹ.
С юных лет Аккад владел мечом, что послужило причиной использования техник самообороны даже бессознательно во сне. Однако он вспомнил, что за долю секунды ослабил силу хватки. Тело, пойманное им, было настолько хрупким, что если что-то с ним случится, то доставит мужчине большие неприятности.
В этот момент казалось, что боль медленно утихала. Она осторожно подняла очи, наполненные слезами, стекающими по щекам.
Эта женщина плакала великолепно. Увидев ее сияющие голубые глаза, Аккад вспомнил имя девушки.
— Дэйми.
Она была дочерью графа Примулы, также известной красавицей севера. Это та самая сладкая женщина, которая вчера вечером согревала его спальню.
— Все хорошо. Просто немного… удивлена.
Все еще потирая покрасневшее плечо, она засмеялась. Ее лицо отражало спокойствие, без всяких признаков обиды.
Увидев ее эмоции, он почувствовал себя ужасно. Даже если мужчина находился в полудреме, как он осмелился поднять руку на женщину, которая провела с ним ночь?
Все это из-за чертовой Сиенны Валериан, навлекшей на него злосчастный сон. Будучи очень гордым, мужчина внезапно почувствовал недовольство от собственной ошибки. Со строгим выражением лица и холодным тоном он допрашивал Дэйми.
— Так зачем ты беспокоила спящего?
Любая женщина разочаруется, если мужчина, с которым она провела страстную ночь, внезапно похолодел. Но Дэйми это не беспокоило. Она неловко посмотрела вниз и тихим голосом ответила:
— Я думала, тебе приснился кошмар. И пыталась разбудить …
— Опасно прикасаться к телу человека, тем более опытного мечника! В следующий раз не стоит так делать.
— Я не знала об этом. В будущем я буду осторожнее.
Дэйми не расстроилась и не рассердилась, несмотря на то, что Аккад вел себя как последний ублюдок.
Пораженный Аккад скользнул своими фиолетовыми глазами по полуобнаженному телу Дэйми. Она его настолько привлекала, что он захотел запечатлеть ее красоту. Мужчина умело различал то, что не выглядит обыденно, того, кто не ʹсерая мышьʹ, у кого есть та самая изюминка.
ʹСколько бы я не смотрел, она не похожа на тех, кто играет с огнем. Интересноʹ.
ʹЯ не знаю, по какой причине она пала в объятия развратника вроде меня. Но если мои доводы правдивы об этой женщине, я бы и дальше с ней спалʹ.
Пока, разумеется, ему это не надоест.
Не подозревая о его эгоистичных мыслях, Дэйми выскользнула из мягкой постели. Она прикрыла свое тело тонкой простыней и огляделась. Наступало утро, так что ей следовало найти одежду и покинуть это место.
'Вот где оно.'
Дэйми, обнаружившая, что ее платье лежало в углу комнаты, протянула руку. Но еще до того, как она дотронулась до своей одежды, женщина почувствовала тепло, исходящее от горячего мужчины за ее спиной.
— Ты осмелилась сбежать?
Большая рука, появившаяся из воздуха, схватила ее за запястье.
Лицо, приблизившееся к ее губам, отчаянно рассмеялось, и он возжелал тело женщины еще больше.
Глава 2
— Ах?…..Сбежать?
Спросила Дэйми, напоминающая испуганного кролика. Это всего лишь была одна ночь. Аккад знаменит тем, что быстро обрывал связи с женщинами. Поскольку девушка была невинна и неопытна, очевидно, он был не удовлетворен ее навыками.
‘Ты даже изначально не знал, что у меня не было мужчин... ….’
Если бы он знал правду, то ни за что не согласился бы провести с ней эту ночь. Трудно прикасаться к телу девственницы.