От аромата чуду у Айши закружилась голова – ей очень хотелось есть.
– Ведь никто не видит, – уговаривала себя она, но строгое воспитание не позволяло ей взять без спроса чужое. Прошло ещё немного времени – и, наконец, силы для сопротивления голоду у неё иссякли. Она подняла крышку блюда, где лежали чуду с сыром, взяла сверху аппетитную лепёшку, сложила её вчетверо и укусила самый кончик.
Как вкусно!.. Но надо было продолжать работать, и Айша доедала лепешку уже на ходу. Как приготовить мясо, ей не объясняли, но она решила, что сделает долму с виноградными листьями.
Её мать добавляла секретный, совершенно уникальный ингредиент, который Айша как раз собиралась использовать сейчас. Немного ткемали добавит особый, пикантный вкус блюду – как же здорово его обнаружить среди бутылок соусов и кетчупов.
Сейчас особо важным было создать изысканный вкус во всех приготовленных блюдах. Они должны понравиться хозяину, ведь в противном случае её могут отослать назад, а отца – продать куда-нибудь в степи пастухам, и семья больше никогда его не увидит.
Но нет! Она будет стараться! К чаю она испекла печенье, добавив в тесто творог, чтобы оно было нежным и нерассыпчатым, а потом сверху посыпала корицей с сахаром, чтобы создать особый аромат. Из черники она сварила кисель, разлила его в пиалы, дала остыть и украсила взбитым в пену и форменно испечённым безе. Получились белые острова на фиолетовом фоне моря.
На этом Айша решила остановиться. Пусть всё попробуют, и, если им понравится, она ещё много всего наготовит. Отец должен быть в безопасности.
***
Айша провела уже целых пять часов на кухне, без всяких перерывов, чтобы приготовить вкусный ужин. Никто не входил на кухню, не беспокоил её, позволяя ей сосредоточиться на своей работе. Руки устали, но она не сдавалась и, отмыв посуду, решила немного передохнуть. Когда открыла дверь, ведущую из кухни, её ждала Эдже.
Обрадовавшись возможности перевести дух, Айша с наслаждением растянулась на своей подстилке. Бабуля уже не спала, а, прислонившись спиной к высокой подушке, перебирала длинные чётки.
– Салам алейкум! – вежливо поздоровалась Айша.
– Алейкум вассалам! – ответила старушка и заговорила с ней на незнакомом диалекте.
Айша помотала головой, пожала плечами, давая понять, что речь старушки для неё – лишь пустая вязь непонятных звуков, и заглянула в свой кувшин. Ей очень хотелось пить, благо, что в кувшине ещё было немного воды. Видя, как Айша залпом выпила его всё его содержимое, старуха перешла на туркменский:
– Смотри, не пей воду из кранов в доме, а то заболеешь. Чистая вода только в колонке на улице.
«Выпустят ли меня на улицу за водой?» – подумала Айша но усталость взяла своё, и она не заметила, как уснула. Отдых оказался коротким: Эдже, разбудив её, заявила:
– Могу тебя обрадовать: всем понравилась твоя еда, но надо, чтобы она была разнообразной в течение дня, да соли покрепче.
После этих слов настроение взлетело до небес, даже появился здоровый трудовой задор, несмотря на неутихающую щемящую тоску по дому, которая отзывалась болью в груди.
Но жажда… Она не прекращала мучить Айшу.
– Эдже, мне хочется пить. Можно мне принести воды с улицы? Бабуля сказала, что в кранах вода не для питья, а на кухне в кувшинах вода тёплая.
– Ты хромая, а то ходила бы за водой сама с теми большими кувшинами, что стоят на кухне. Женщины наши их носят на плече, но если ты будешь раскачивать кувшин – много не принесёшь. Поэтому меня приставили к тебе – я буду воду носить, сколько надо. Могу и тебя в этот раз взять. Бери свой кувшин.
Эдже взяла кувшин возле двери в кухню и вместе с Айшей вышла на улицу. Они повернули направо и вдоль домов дошли до пересекающего улицу небольшого канала, в котором неторопливо текла глинистая вода.