– У-лю-лю-лю! – послышались крики и свист сзади и сбоку них. «Как охотники дичь загоняют», – отрешённо подумал Егор.
Их окружила стая малолетних волчат, догонявших их на лыжах.
– А это кто тут у нас? Ах, какая красавица! – с издёвкой сказал парень, выделявшийся своим ростом, одетый в валенки и добротный овчинный тулуп, мехом внутрь. В руках у него была замороженная человечья нога.
– Что делать с ней будем? – обратился он к своей стае, с интересом глядя на бабу Катю. – Оказывается, мамонты ещё не вымерли!
Вся стая поддержала глупую шутку злобным смехом.
– Мамонтов нужно загонять в ловушку, – продолжил вожак и ткнул в бабу Катю острым концом лыжной палки.
– Не трогай бабушку! – вдруг вырвалось у Егора. Он сам испугался своей смелости и теперь ждал, что вожак и его тоже ткнёт палкой.
– Смотрите-ка! А малец-то, с норовом, за мамонта вступился! А вот это ты зря! Старые мамонты должны вмёрзнуть в лёд! – и вожак снова сделал выпад палкой.
– Беги, баб Кать! – закричал Егор и, зажмурив глаза, повис всем своим тщедушным тельцем на лыжной палке.
Не ожидавший такой смелости от малявки, вожак сначала опешил, потом, стряхнув Егора с палки, сказал:
– Что ж, не тронем твою бабку, а взамен ты останешься с нами. Будешь моим оруженосцем, – это сказано было таким тоном, что Егор сразу понял, что перечить бесполезно.
Ветер словно ждал этих слов и задул с удвоенной силой. Егор посмотрел в испуганные бабушкины глаза и отвернулся.
– Егорушка, как же так! – запричитала баба Катя.
– Давай, бабка, двигай лыжи, если не хочешь, чтобы внучка волки съели! – захохотал вожак.
– На, это тебе, – повернулся он к Егору, бросив ему замороженную ногу.
Егор схватил ногу на плечо и побежал следом за подростками.
Баба Катя, пройдя несколько метров, остановилась и вдруг решительно зашагала по следам внука.
***
В канализации они живут, как крысы, – рассказывала она Рите, шмыгая носом. – Крысы они есть. Человечиной питаются.
Рита с содроганием представила, как Егор вгрызается в замёрзшую человеческую плоть, и у неё закружилась голова.
– Нельзя его там оставлять, Ритуль. Облик человеческий потеряет, волчонком станет, – убеждала её и себя баба Катя.
– Ну, и пусть, зато выживет, – резко оборвала её Рита, сама в глубине души сознавая, что тоже бы не прочь стать волчонком.
– Что ты, как можно такое! Ей бы такое не понравилось, – баба Катя показала на портрет матери, улыбающийся со стены.
Мать была в летнем платье и соломенной шляпке, волосы на голове вились весёлыми кудряшками. Одной рукой она обнимала прильнувшую к ней Риту, а на другой сидел маленький Егор.
Неужели это когда-то было? Рита со стоном упала на кровать, зарываясь в холодную подушку. Плечи её вздрагивали от едва сдерживаемых рыданий.
– Неча слёзы лить, дело делать надо! – строго сказала баба Катя. – Ребятишек спасать надо, сгинут они тут без взрослых. Сначала всех мертвяков сожрут, а потом друг за дружку примутся.
– Ну, и как ты собралась их спасать? – проговорила сквозь всхлипывания Рита.
– На север пойдём, – баба Катя протянула ей географическую карту, которую достала из Егоркиного письменного стола.
Рита подумала, что у бабы Кати совсем крыша поехала, после сегодняшних событий, но промолчала, понимая, что с сумасшедшими лучше не спорить.
Ветер подбросил в форточку очередную порцию снега, запорошив бабу Катю и её карту.
***
Стряхнув с карты снег, бабушка ткнула в неё пальцем:
– Вот сюда пойдём. Здесь, на севере, живут чукчи да эвенки. Они знают, как выживать в морозы. С ними и проживём. На лыжах поедем, на санки провизию нагрузим.
– Где ты провизию возьмёшь? – удивилась Рита.
– Под снегом, там же, где и волчата.
Взглянув в весёлые мамины глаза, Рита увидела в них поддержку:
– Иди дочка, живи!
– Идём, – сказала Рита. – Пусть выживет сильнейший.
Глава вторая
Ветер перерос в настоящую бурю. Колючие снежинки били по щекам, лезли в глаза. Ноги проваливались в снег по колено. Рита то и дело падала. Руки её закоченели, пальцы не сгибались. Казалось, сама природа не пускала их к волчатам.
– Лучше бы я осталась в квартире! – в сердцах сказала она, думая, что баба Катя не слышит её сквозь завывание ветра. Но, шедшая впереди бабушка, услышала.
– И что бы там делала? – поинтересовалась она, – помирала?
Рита не ответила, наткнувшись вдруг на что-то большое и твёрдое.
– Ч-чёрт! – выругалась она, поднимаясь из снега. Рука почувствовала скрюченные твёрдые пальцы мертвяка.