Кандис держала девочку за мышцы шеи, чтобы не передавить артерии, но одним движением убить. Ей очень этого хотелось. Такая слабость, жалкое зрелище. Зачем они Главе?
О выборе она соврала, его не было. Но даже останься девочка сейчас с братом дома, то их бы забрали в приют. Всё было бы лучше, чем сейчас. Этого она тоже не сказала. Девочка решила, что с монстром который защищает безопаснее чем с матерью в старой развалюхе.
— Спи.
Серёжа отчаянно отбивался от троих мальчишек из старшей группы. Они каждую ночь развлекались избивая кого-нибудь из младшаков. Иногда эти побои завершались тем, что жертву «опускали». Хорошо, что он не девочка, а то как только грудь начинает расти тут же начинают ночами мешать спать.
— Ай! Ты гнида, мне губу разбил! — удачно он его с правой. — Мочим его парни.
— Э, рябя, у него нож. — держась за мошонку младший из тройки. Больно ему ещё не было, только тёплая и липкая дорожка щекочущая лодыжки и расползающаяся тёмным пятном по штанинам сообщала о ранении.
Двое других не ответили, их горла улыбались новыми тонкими красными губами от уха до уха.
— Ты идёшшшь ссо мноой. — услышал Сергей страшный шёпот неведомого. Того, кто уничтожил его врагов. — Видишшь мення? Нет? Тогда ты умрёшшшь, я вырву твоё ссердце, ты чувствуешшь мои когти на ссвоей груди? — он чувствовал, но не видел, только марево, только тёмный силуэт, только змею у груди. Нет! Это не змея, это чешуя на лапе!
— Видишшь. Ты молодетсс. Спи.
У Шарнидавагари в этом доме было ещё три цели, будет обидно если их успеют захватить другие.
К трём маленьким трупам девятилетних подельников насильников в этом заведении добавилось ещё восемь тел постарше. За семь месяцев Шарнидавагари отметила всех. Сладкая месть. Сладкая, сладкая месть. Жаль их души нельзя сожрать, запрет был жёсткий.
Маша спала в комнате девчонок. Старшие девочки по мнению директора должны были заботиться о младших. Сами девушки эту мысль разделяли. Если не объединяться и не давать мальчишкам укорот, то они начинают наглеть. Многие девчонки перекати поле от интерната к интернату подтверждали подобную теорию. Поэтому тут девушки спуску мальчишкам не давали. Да за младшими приглядывали, ждали когда те сильнее станут, чтоб научить их защищаться.
Чья-то лапа зажала рот и нос девочки. Ей приходилось слышать, страшные истории о подобном.
— Ты хочешь жить? — прогремел крик который должен был разбудить весь интернат! Но было тихо. Неужели старших тоже? — Моргни если хочешь. Смотри я прямо перед твоим лицом, мои клыки касаются твоего носа. — что-то гладкое и правда гладило её нос, но перед ней ничего не было. Совсем.
— Я тебе сейчас глаза буду выцарапывать. — нечто острое прошлось по нижнему веку. Дыхание упиралось прямо в лицо. По носу скользили зубы. Сперва появилось марево, потом горящие в черепе глаза. — Видишь. Вот и умничка. Прости, что напугал. — проговорил монстр ласковым тоном. — Спи.
Ким Покемон нежно поднял свою маленькую ношу. В этом интернате последняя, отметил он. Грузовой Ктулху загружен под завязку. Возможно придётся несколько тысяч километров нести её самому.
Операция «Изъятие» продолжалась три дня, и ещё пять дней «Перевозка». Сначала детей выносили из их домов, интернатов, приютов, подвалов, притонов. Это заняло половину суток. Затем их, если имелась возможность, собирали вместе. Переносили за границу области административной ответственности. Грузили в фуры под капельницы и везли дорогами в нужный город.
Проскочили как раз вовремя, так как разобщённые районные розыскные мероприятия похитителей-детоубийц в разных частях страны объединили одним федеральным розыском. Подключили прессу, шуму подняли. Как никак столько крови! (всего-то в трёх детских домах по десятку насильников.) «Террористический акт, против детей», «Во многих интернатах были убиты десятки воспитанников!», да ещё пара сотен алкашей умерло довольно живописно. Ну, да интернаты подчистую вынесли, никого не оставив. Их отдельно на автобусах перевозили смертники. Шайтана трудно ослушаться, когда вера в Аллаха слаба.
Думаю в такой обстановке неожиданно уснувшие инспекторы дорожного движения и пропавшие карты памяти из их регистраторов вызвали бы слишком много внимания в ненужном направлении.
А так, пропали дети, вот они, всего часть бесследно растворилась, не слуху не духу. Не совсем так, десяток мальчиков и девочек из списков пропавших скоро всплывут на подпольных рабских рынках и секс клубах и на рынках торговли органами.