У Паши кровь заледенела, когда его спросили о чём-то вампир. Он не знал, что конкретно ему нужно выяснить, не знал, что спрашивать у него, у вампира, поэтому его настиг ступор.
- А какие роли есть? Вы что ставите вообще? – спросил первую пришедшую на ум вещь Паша.
- Сейчас Алиса подойдёт и будем решать. Хочешь принять участие в голосовании?
Что еще за Алиса? Почему Максим решил дождаться её, прежде чем начать голосование? Наверное, какая-то значимая персона. Ладно, сейчас надо посмотреть на неё, а потом решать дальше.
Пока Алиса не пришла, Паша успел подняться на сцену и заметить там девочку, которую совсем недавно кусал Лапин прямо здесь, на сцене. Вскоре дверь главного входа распахнулась и в актовый зал быстрым шагом вошла девушка, старше Паши на год или два, примерно того же возраста, что и Лапин.
- Извини за опоздание, Максим, - чуть слышно сказала она, поднимаясь на сцену по правому ряду ступеней, - Уже проводили голосование?
Как только Паша увидел её, то сразу понял – она с Лапиным заодно. Во всех деталях она была так похожа на Максима, что это вызывало странное ощущение, будто они близнецы. Стоя за кровопийцей, властно восседающим на стуле как на троне, и держа руки на спинке этого стула, она произнесла:
- Итак, начинаем! Есть пара пьес от начальства школы, но мы можем… - тут её взгляд, скользнув по слушателям, выцепил из толпы Пашу. – А, новенький, хорошо. Как тебя зовут?
Пашу опять застали врасплох и заставили оцепенеть - участники вампирской парочки были похожи как брат и сестра, и это придавало им пущей жуткости, учитывая, что Паша видел в актовом зале ранее. Наверняка и только что пришедшая Алиса пьёт у кого-нибудь кровь.
- Вы знаете, я, наверное, пойду, - пробормотал Паша, бледнея лицом. Он больше не мог выдерживать общество этих двоих, не выдавая эмоций. – Как-то коллектив мне не приглянулся, мало знакомых лиц. До свидания.
С этими словами он развернулся чуть ли не по-армейски на сто восемьдесят градусов и зашагал к ступенькам. Глотая ртом воздух и успокаивая взбушевавшееся сознание, Паша проходил мимо батарей вдоль высокой стены зала. Некоторое время он чувствовал на себе взгляды, когда спускался со сцены, но сейчас все были слишком заняты голосованием, чтобы наблюдать, как какой-то чудак плетётся к выходу. И тогда у Паши промелькнула идея – оставить пузырёк святой воды за батареей, чтобы в школе, если что, было чем защититься. Так он и сделал - проходя мимо одной из батарей, прикрытых деревянными чехлами, незаметно погрузил за нее стеклянный пузырёк и, наконец, покинул актовый зал.
Розыск
На днях Паша купил себе пластиковый водяной пистолетик – полезная вещь, когда основной твоей защитой является вода. Пистолет был полупрозрачный, так что можно было наблюдать его внутренности – трубку и насосный механизм – и саму воду, мирно переливающуюся внутри.
Этим пистолетом Паша еще раз попробовал выбить информацию из Лебедевой, сидевшей в подвале уже несколько дней. Немного зажмурив глаза и отвернувшись, Паша запускал в отличницу маленькие струйки смертельной для неё воды – она, конечно, животное, но и Паша не такой зверь, чтоб хладнокровно так мучать живое существо. После получаса такого бесхребетного допроса было решено вернуться к этому занятию позже, когда чувства жалости к вампиру поугаснут.
Отложив допрос до лучших времён, Паша вдруг неожиданно понял, что он попал в мёртвую точку: новых сведений о вампирах касательно их слабостей нет, а с самими вампирами надо что-то делать, нельзя же, чтоб они, как и раньше, расхаживали по белому свету и пили кровь невинных людей. С такими мыслями Паша проходил около недели, не прекращая думать об этом ни на минуту, пока однажды он не увидел их. Четыре всадника хаоса шли в ногу, чуть ли не маршем по школьному коридору, как легионеры, идущие покорять новые страны. Максим Лапин и его подруга Алиса, Бряка и ещё один парень, про которого еще не было ничего известно, но судя по тому, как он шел с ними в ряд, было очевидно, что и он развлекает себя на досуге дегустацией крови.
Именно тогда, увидев кровопийц в более полном составе, Паша догадался о том, как они выглядят, а соответственно и как их вычислить. Все четверо напионеренные до невообразимости: красные галстуки на шее затянуты туже ремня, белая рубашка как с иголки, комсомольские значки и пластиковые улыбки на лицах, а у Алисы ещё и вплетённые в косы красные ленты и пышные банты. Всегда они одевались так, будто сегодня первое сентября.