Люся только скептически улыбнулась:
— Дорогой! Но у меня-то с пропиской все в порядке, не забывай!
— Да? А что у тебя в сумочке? Ну-ка, покажи!
— Какое это имеет значение? — г-жу Можаеву беседа уже начала утомлять. — Денег много я с собой не вожу, так что грабить меня бессмысленно. Изнасиловать? Затруднительно — я же на машине чуть ли не к квартире подъезжаю. Угон с похищением? У меня не навороченный «лексус», а мятая «девятка». Так что захват автомобиля мне тоже не грозит.
— Нет, ты покажи, что у тебя в сумочке!
Люся поняла, что легче показать сумочку, чем оказывать дальнейшее сопротивление. Встала с диванчика и притащила из коридора свой милый малиновый портфельчик. Соловьев, ничтоже сумняшеся, открыл его и принялся рыться в Люсиных вещичках.
— Ага! — победно закричал он, как будто обнаружил там водородную бомбу или план подземных выходов из Кремля. — Я так и думал! Ну-ка, скажи, ты останавливалась сегодня на Ленинградке?
— Ну, выходила жевачку купить в киоске около метро «Динамо». А что, нельзя?
— А теперь представь. Идешь ты по Ленинградке. Вся такая в мини-юбке. А в сумочке у тебя что?
— Что? — г-жа Можаева начала злиться. Она предпочла бы отправиться спать, ведь ей завтра тащиться на работу к десяти.
— Нижнее белье!
— Ну да… Заезжала сегодня на свою квартиру и прихватила пару комплектов — просто поняла, что мало взяла белья, когда вещи в субботу укладывала. И что здесь такого?
— Так вот! Когда проституток на Ленинградке ловят, то всех под одну гребенку гребут, — Леха смачно затянулся сигаретой с видом бывалого морского волка. — А главное доказательство того, что дамочка — проститутка, знаешь какое? Наличие презервативов и свежего нижнего белья в сумочке! Прикинь, да, во что могла вылиться твоя прогулка по проспекту в одиннадцатом часу ночи? Сидела бы до утра в обезьяннике, если бы мне не дозвонилась. Понимаешь, да? А у проституток на «Динамо» — точка. А я потом объясняй родителям, почему мою жену в компании придорожных шлюх по телевизору показывают?
— Да у тебя куда ни плюнь — во врага попадешь. Тебя послушать, так мы живем не в Москве, столице нашей родины, а в каком-то концлагере без права ношения нижнего белья!
— Маленькая ты еще, — тяжело вздохнул Соловьев. — Поживешь с мое, начнешь понимать.
— Да как-то вот чудесно без тебя полгода обходилась, — рассмеялась Люся. — Да и до этого почему-то ни разу в обезьяннике не сидела. Леша! Если твой вид внушает подозрения, то не надо думать, что у всех такие же проблемы.
— Ты «Дорожный патруль» хоть раз смотрела? Облавы на проституток на Ленинградке видела?
— Фу, я такую чернуху не смотрю!
— Лучше бы смотрела. Мое дело предупредить — твое дело не услышать, — обиженно буркнул Соловьев, встал, стряхнув с колен прямо на пол шелуху от семечек, и направился в спальню.
Люся немного помедлила, выпила стакан «кока-колы». Улыбнулась. Она не ожидала, что занимает в сознании Соловьева так много места, что он даже сочиняет триллеры с нею в главной роли. Почистила зубы и отправилась вслед за Лешей. Тот уже лежал, уткнувшись носом в спинку дивана. Ей даже захотелось сказать ему что-нибудь приятное. И сказала:
— Спокойной ночи, служба «девять-один-один»!
— Между прочим, у нашей службы спасения совершенно другой номер. Рекомендую выучить: 937-99-11.
Да! Чего не ожидала Люсенька от мощного габаритами Леши — так того, что он помнит наизусть телефон службы спасения!
Во вторник г-жа Можаева проснулась от странного шелеста и покряхтываний. Когда она наконец смогла открыть глаза, то чуть не свалилась с постели от удивления. Прямо рядом с нею, между кроватью и окном, откуда-то взялся самый настоящий велотренажер! И на нем восседал, энергично крутя педали, никто иной как Соловьев! Человек, не сделавший после школы, кажется, ни одного приседания (завязывание шнурков не в счет) и не пробежавший ни метра!
— Лешечка, ты ли это? — поинтересовалась Люся.
— Как видишь, — не без гордости бросил в ответ Алексей и замолотил ногами, как вентилятор.
— Откуда у тебя этот агрегат? Ни в жизнь не поверю, что ты мог потратить хоть три рубля на орудие пыток! С чего это ты вдруг спортом решил заняться, да еще с утра? — У г-жи Можаевой тут же образовался еще миллион вопросов, но г-н Соловьев, похоже, не был настроен на пресс-конференцию, а рассчитывал отделаться коротким брифингом.