Разворот - и вышел следом за дверь, скрылся в коридоре...
***
Не успела сделать выдох, не успела даже толком протиснуться, пройтись по коридору... в сторону кабинета обозленного Подполковника, как тотчас... новый взрыв. Да так... что вовсе... снеся все на своем пути, раскромсав меня изнутри, растерзав на ошметки... но явив наружу... лишь только легкое, едва уловимое... колебание почвы. Произведя... камуфлет.
- Держи, - радостно воскликнул Казанцев, всучив мне в руки какие-то бумаги.
Нахмурилась я, пытаясь прогнать из головы туман...и выудить верные догадки, сделать выводы:
- Что это? - сдаюсь своей немощности.
- Как что? По Пахомову.
Обомлела:
- Уже? - удивленно вздернула бровями.
- Ну так... был резон стараться, - ухмыльнулся.
Нагло игнорирую, тотчас выхватываю из рук.
- Благодарю, - бросила машинальное, разворот - и пошагала в ином, интуитивно выбранном направлении.
Туалет.
Протиснуться к окну - и замереть, перебирая взглядом строки.
- Чушь! - невольно вырвалось из моей груди. Нервный смешок. А очи так и лезут на лоб, дрожь пробивает конечности. Мурашки полчищем... разгрызают кожу.
Стук в дверь.
Испуганно устремляю взор:
- Можно? - ухмыльнулся Роман. Шаги ближе (по общему предбаннику). - Да... человек-загадка, - продолжил задумчиво. - Почти ничего на него нет. Так только, самое элементарное: стандартный пакет документов; квартира, машина; женат, есть ребенок. А вот относительно рода занятий, чем на жизнь зарабатывает...
- Он в разводе, - горько, злобно перебиваю жути ход. А в голове уже - стук колес паровоза, разрезая стальными блинами мою жизнь на части.
Хмыкнул враз Казанцев. Отвел на мгновение взор. Скривился в болезненной ухмылке:
- Женат, Лиз, - тихо, с опаской. - Женат, на Ирине Пахомовой, там все написано, - кивнул на бумаги, что невольно от волнения в руках своих сильно я сжала. - И у них есть сын - Игорь, лет семь отроду. Прописаны все трое по одному адресу, где и проживают с 2009 года...
Слезы застыли на моих ресницах. Предательски запекло в груди. Дрожь по телу. Холодно, будто в стужу.
Пристыжено, машинально отворачиваюсь. Шепотом:
- А телефон... номер достал?
- Ну, да. Там... на первой странице... - хотел, было, показать, ухватить, развернуть бумаги, но не даю - вырываю, прячу, словно что-то постыдное, жуткое... но родное.
- Еще раз благодарю, - сдержанно, резко, мигом стирая шальные соленые потоки.
Молнией на выход.
По коридору - к двери. А там на улицу.
Пройтись вглубь сквера, затесаться меж деревьев и присесть на забор.
Быстрые, аляповатые движения - и отыскать заветные цифры, вбить в телефон.
Гудки...
- Да ладно... зай! Ты, что ль? - игривое.
Прокашляться и черство:
- Поговорить надо. Срочно.
Смеется:
- А чего так серьезно?
- СРОЧНО! - рявкнула я, перебивая его приторный, мерзкий елей.
Обомлел. Жгучие мгновения тишины - и наконец-то решается ответить:
- Карла Маркса, 18. У тебя - полчаса. Или уже до вечера - за ужином.
- ЖДИ!
Глава 11. Преступление и наказание
***
Не помню уже даже, как добралась до остановки. Как автобус дождалась, как в него забралась...
В себя пришла, лишь только когда увидела припаркованный на обочине автомобиль. Его автомобиль.
И Костя там... причем не один. С какой-то барышней: молоденькой, с иголочки разодетой, разукрашенной фифой.
Но... не женой. Не Ириной. Ее-то лицо теперь в моей памяти отпечаталось, соскребясь с фото, как нечто самое жуткое, убийственное, пронзающее; обличающее мой, наш с Ним... общий, непростительный грех...
Ненавидела. Искренне. Неистово. Всеми фибрами души... Но не Ее. И не себя.
Его. Такого мерзкого... двуликого... сладострастного, будто виннокислый свинец. Ненавидела Пахомова.
Подлетаю - и живо хватаюсь за ручку, дергаю на себя дверь.
Силой, бешено ухватившись за грудки, тащу на себя ублюдка - поддается, вылезает наружу.
Пристыжено ржет:
- Эй, ты чего?
Наотмашь пощечина ему в лицо - отчего враз оторопел, скривившись, заиграв скулами.
- С*ка ты! - взревела дико, что медведь. - Тварь! Гнида конченная! ЖЕНАТ?! ЖЕНАТ, ДА? Мало тебе одной? МАЛО? Скольким еще по ушам съездил? Всё не нат*ахаешься никак? ДА?! Еще одну себе завел?! - киваю разъяренно в сторону шворки. - Сколько у тебя таких дур, как я?! А, ЗАЙ?! - ядовитое, коля его же словами.
- Лиза, успокойся, - сдержанное, грозное. Приказом.
- Я тебе сейчас, с*ка, успокоюсь! - дернулась к нему, в сердцах попытка пнуть в грудь, но в момент перехватил.
И сама не поняла, как сцапал за руки и заломил мне их за спину. Мордой к машине, в стекло, к себе вплотную.
Жгучим, пронзительным рыком:
- Успокойся! - нарочно причиняя отрезвляющую боль. - На нас смотрят!
- Да мне ср*ть! Отпусти, ублюдок! - дернулась, отчаянное стремление вырваться из хватки - не поддается.
- Успокоилась! - приказным, угрожающим тоном. - Иначе хуже будет!
- Да иди ты на хрен, мразь убогая! - визжу, уже окончательно слетая с катушек.
И вдруг резвое движение, резкая боль, щелчок - и лишь когда на второй руке заледенел мертвым кольцом браслет наручников, поняла, что сотворил.
- Тварь, ты че удумал?! - завопила я в исступлении.
Схватил грубо, повелительно за шкирку, отодрал от авто и потащил, силой поволок куда-то в сторону, к зданию.
- Эй, а я?! - мигом выскочила из машины перепуганная дамочка, писк нам вдогонку.
- Сейчас заберут, ЖДИ! - яростное, на грани бешенства.
***
Жилое здание. Подъезд. Гневное усилие - и втолкнул меня в лифт. Опять пытаюсь сопротивляться, драться, орать.
Молчит, терпит. Строит равнодушный вид, хотя... чувствую, что давно кипит внутри.
Долгое, мучительное, жгучее гудение мотора, тяга - и наконец-то вздрогнула кабина, оповещая нас о прибытии. Разошлись створки - и вновь давление - выбрались наружу.
По ступенькам наверх, к крыше.
Попытка открыть дверь - глухо: замок не поддается.
Нервно цыкнул.
- Ублюдок, отпусти меня! Это похищение!
- Да-да... именно оно, - наконец-то решает ответить.
- ТЫ ОХРЕНЕЛ? - взревела, еще больше взбешенная.
- Я-ТО?! - грозно рявкнул. И снова силой натиск, чуть вниз и буквально у первой ступени открыл наручник - и вновь моя безнадежная попытка сражаться, да только против него я - что ребенок.
Проворные движения - и, продев меж прутьями перил, снова защелкнул на мне браслет.
Подчиняюсь, вынужденно опускаюсь на пол, сажусь на лестницу.
Взор на предателя:
- И че? - гневно, пренебрежительно выпаливаю я, будто яд.
- И ниче, - отвечает тем же.
Нырнул в карман. Достал телефон.
Быстро набрал чей-то номер и сделал вызов:
- Вован, забери ее сам. Кого-кого, б***ь! Не будь идиотом. Нет! В моей тачке сидит. ЗНАЧИТ, НЕ МОГУ! Дуй давай!
Резво отбил звонок. Прожевал эмоции.
Машинальные, лихорадочные, нервные движения - прокрутил в ладонях аппарат, еще миг - и на автомате засунул, спрятал оного в карман.
Подтянул брюки и присел около меня на карточки, руки невольно скрещивая пред собой. Взор в очи:
- Ну. Слушаю... Что случилось?
- Отпусти меня, - зазвенела я наручниками.
Закачал уверенно головой, отрицая. Губы плотно сжались. На лицо проступил гнев, едва сдерживающийся арканом приличия:
- Слушаю, - дерзкое, приказное, повтором. - Что случилось? Что за истерика? Что за бред ты там несла?
- Я? - уязвлено, обреченно съехидничала.