− Разве нет? − спросила она.
Славка снова не ответил. Он посмотрел в сторону, кинул щелчком недокуренную сигарету, несколько раз выдохнул дым изо рта, пока тот не перестал быть виден, потом повернулся к ней и бодро сказал.
− Пойдем, я посажу тебя в автобус.
И все… Все пропало, нежность, близость, словно они чужие люди, которые сейчас разбегутся в разные стороны, потому что каждого ждет свой мир, где нет места другому.
С тяжелым сердцем Марина пошла вслед за ним. Он не предложил свою руку и шел впереди нее, большими шагами. Она запиналась у него за спиной не потому, что начинало смеркаться, а потому, что совсем не различала тропинку из-за предательски выступивших слез.
Отчаянно моля про себя, чтобы автобус пришел не скоро, Марина надеялась хоть на какой-то разговор между ними, который вернет ей уверенность в его любви, как было всего несколько минут назад. Но минуты проходили, а они молчали и только еле срывающий снег казался чем-то живым, среди двух замерших неподвижных фигур.
Когда Марина увидела приближающие огни автобуса, ее сердце запрыгало в груди, словно хотело выскочить, а когда она различила номер маршрутки, оно, вообще, куда-то провалилось и еле слышные удары теперь стали глухими и тяжелыми, отдавая эхом в самые виски.
В порыве чувств, она обняла Славку, настолько крепко, словно хотела запомнить каждое мгновения этих объятий, уткнулась носом в кожаную куртку и глубоко вздохнула ее специфический запах, перемешенный с сигаретным дымом.
− Я позвоню, − шепнул он и легонько подтолкнул ее к открывающимся дверям маршрутки.
Марина зашла в автобус и прижалась к заднему стеклу. Славка махнул ей рукой и пошел, не оглядываясь, в том же направлении, откуда они только что пришли.
Всю обратную дорогу, Марина размышляла над его последними словами. Действительно, почему она решила, что все дело заключается в деньгах? Почему, требуя деньги, он не может просто мстить ей из-за того, что она лживо обвинила его в том кошмарном наезде? Почему он не может ей мстить, из-за того, что она вышла замуж за того, с кем он уже однажды делил ее. Почему он не может мстить Антону, за то, что тот увел Марину, сделав Славке последний удар под дых? Ведь, лежачего, не бьют, довольно верное определение, но получается, только не для Марины с Антоном.
Глава 23
Когда Марина подходила к своему дому, ее напугал синий маячок, что безмолвно вертелся на машине скорой помощи, которая стояла у ее подъезда. Этот ослепляющий свет, что так резко и быстро мигал, напомнил ей ту промозглую ночь, когда такой же холодный отблеск, менял лица людей на мертвенно-синие маски. Марина остановилась и на мгновение закрыла глаза, настолько реалистично ей вспомнилась та ночь. Поборов возникшую дрожь, она осторожно стала обходить машину и увидела, что у подъезда собралась небольшая кучка соседей. Они о чем-то тихо перешептывались, некоторые при этом, качали своей головой.
Анна Ильинична первой заметила приближающуюся Марину, она замолкла и уставилась на нее таким цепким взглядом, словно желала пробуравить в ней огромную дыру. Все разом замолчали и стали многозначительно переглядываться.
Марина, открыла уже рот, чтобы задать вопрос по поводу происходящего, но внезапно, все молча расступились, открывая ей проход, и она растеряно, заглядывая в их молчаливые лица, сделала несколько шагов вперед.
− Это я ее нашла, − вставила Анна Ильинична и вытерла платком глаза.
Марина, ничего не понимая, съеживаясь под цепкими взглядами соседей, медленно прошла в подъезд, оглядываясь и видя провожающие их взгляды с осуждением и любопытством. Как только она отвернулась, за ее спиной сразу послышался оживленный разговор, который смолк, как только закрылась тяжелая дверь.
Она стояла и обескуражено смотрела на людей, которые были на лестничной площадке и не обращали никакого внимания на ее застывшую фигуру. Один человек что-то записывал, под неслышную диктовку другого человека, которого она не видела со своего места. Рядом с пишущим, стояло два человека в белом халате, один из которых курил и тихо переговаривался со своим собеседником, грузной женщиной в возрасте. Где-то наверху, с лестничных площадок доносились еще голоса, но сколько там человек, Марина уже не могла разобрать. Она сделала пару шагов и остановилась, когда на нее все обернулись. Скромно поздоровавшись со всеми, она сделала еще пару шагов, увидела участкового и что-то большое, что было накрыто белой простыней и лежало на полу, под почтовыми ящиками.