− Что-то ты совсем расклеилась, − констатировала Танька и прикурила сигарету. Пачку она кинула Марине, и та охотно поймала ее.
− Нельзя тебе одной жить. Умрешь с голоду. Антон, видимо о тебе заботился, раз столько протянула с ним, − хихикнула Танька.
У Марины стали закрываться глаза и с трудом разлепляя их, она не отреагировала должным образом на ее колкое замечание. У нее только мутно мелькнула мысль, что Танька подозрительно веселая сегодня. Хотя, принимая во внимания все обстоятельства, Марина бы тоже не была против что-нибудь выпить.
Танька надоело веселиться одной, она замолчала, потом робко спросила.
− Как ты? После вчерашнего?
− Сама как думаешь?
− Ее родители уже знают?
− Знают.
− Тебя не винят?
− Господи!? В чем?
− Что это случилось у тебя.
− Зачем ты это сказала? Теперь я буду думать об этом.
− Я просто спросила.
− Злая ты.., − Марина помолчала, потом продолжила. − После смерти матери, во мне что-то умерло. Я начинаю понимать, что все невзгоды мне по заслугам. Анькина смерть, для меня еще одно наказание. Которое, я уже принимаю, смиренно.
− Хочешь, я у тебя заночую?
Марина настолько глубоко затягивалась сигаретой, что выдыхаемая ею дорожка белого дыма была неимоверна длинной и густой. Она докурила до конца, прежде чем ответить, тщательно затушила сигарету в пепельнице и сказала.
− Дай мне лучше снотворного, чтобы я пришла домой и сразу уснула.
− Откуда у меня, − развела руками Танька.
Марина уронила голову на руки и замерла.
− От Антона не было вестей? − вдруг спросила Танька.
− Нет, − не поднимая головы, ответила Марина.
− Сколько его уже нет?
− Не знаю, наверное, целую вечность…
− Как ты думаешь, если он знает, что ты знаешь, что он живой, почему тогда не возвращается?
− Потому что он выжидает.
− Что именно?
− Что? − Марина подняла голову. − Выжидает, когда я сломаюсь.
− Сломаешься? Как кукла что ли? − снова хихикнула Танька.
Марина исподлобья на нее посмотрела и подумала, что Танька сегодня точно выпила.
− Он знает, что мне тяжело будет одной. Он прекрасно знает мою неуверенность в самостоятельной жизни. Он так же хорошо знает…, − тут Марина запнулась. Она не хотела посвящать Таньку в дебри их непонятного треугольника. Ведь Антон вполне точно сформировал свое представление о Славкином характере и знал, что тот не принесет поддержки и заботы.
− Что он хорошо знает? − сразу хватилась Танька за красноречивую недосказанность. − Или, ты хотела сказать кого?
Она хитро сощурилась и воскликнула.
− Не верю ушам… Он знает твоего любовника?
Лицо у Марины, от такой формулировки, скривилось.
− Никакой он мне не любовник…
− Хочешь сказать ты с ним еще не спала?
− Танька, − взмолилась Марина. − Есть выпить?
− Есть, − удивленно протянула Танька. Она встала и открыла шкафчик. − Есть водка, есть мартини.
− Фу− у− у… − Марина сморщилась. − Не хочу эту сладкую дрянь. Антон всегда меня ею пичкал. Давай водку.
Танька поставила на стол две рюмки и с щедростью плеснула в них водки, расплескивая ее на скатерть.
Марина подняла рюмку и сказала.
− Аня… Прости меня… Пусть земля будет тебе пухом, − и резко выпила спиртное. Водка, обожгла ей горло, и она сильно закашлялась.
Танька молча и неспеша выпила свою рюмку, придвинула Марине стакан с водой и закурила сигарету. Марина, с выступившими слезами и махая себе рукой в лицо, отпила пару глотков чистой воды и знаками попросила себе сигарету.
− Рассказывай про своего друга. Когда ты успела его подцепить? Пока Антон был на работе, − она неожиданно повысила голос, что у Марины зазвенело в ушах. − Ты изменила ему?
− Думай, о чем говоришь, − тоже повысила голос Марина. − Я, Антону, не изменяла!
Марина кривила душой, ведь душой, она давно изменила Антону и где-то внутри тоскливо заскреблось то разочарование, которое росло в ней с того самого момента, когда она так желала утолить жажду близости со Славкой, а он смог отказать ей.
− Ой, ли… А откуда тогда… Или у тебя только постель считается изменой?
Марина с ненавистью посмотрела на Таньку и сказала.
− Что с тобой случилось? То я вижу тебя другом и сообщником, то ты становишься злее и ненавистнее врага…
− Потому что у нас все пошло кувырком… И все из-за тебя, − она тыкнула пальцем в Марину.
− Согласна, у нас ничего не получилось и теперь, кажется, все еще хуже, чем когда начиналось…
− Потому что ты рохля…
− Я знаю, − спокойно ответила Марина. − У меня нет силы воли, нет смелости. Я имею кучу комплексов, и я очень, очень боюсь…