Танька усмехнулась и тоже посмотрела на него.
− Я сам решил уйти, − ответил он.
− Да. Еще немного и я бы не успела его застать, − снова перебила его Танька. − Пришлось убеждать его, что близкое укрытие будет только нам на руку. Иначе, ты можешь наломать дров…
− Я? − удивилась Марина. − Вы оба имели свою причину. Ты, чтобы натравить его на меня или знать по крайней мере, помыслы наши, а ты… Как всегда, испугался расстояния, между нами.
− Догадливая, − усмехнулась Танька.
− Я хотел вернуться, − снова напомнил Антон. − Я хотел вернуться…
− Я оставила тебе записку, чтобы ты неожиданно не нагрянула. Да и он меня подталкивал спуститься к тебе, чтобы узнать, как ты, − сказала Танька.
− Значит, я своевременно завела разговор о разводе, иначе ты в тот же вечер опять стал мучить меня, − горько заметила Марина.
Антон посмотрела на нее, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Он встал, подошел к ее креслу и присел на корточки.
− Антон, деньги в тумбочке… Ты их специально оставил?
Он не ответил, лишь только прикоснулся лбом к ее руке.
− Какие деньги? − спросила Танька.
− Так ты из-за него уволилась? − Марина пропустила мимо ушей ее вопрос.
− Пришлось. На другой день он был, как в коме. Лежал на диване и не разговаривал. Ни на что не реагировал, не ел, не пил. Только курил.
− Я хотел остаться один.
− А я не могла тебе этого позволить! − съязвила Танька. − Иначе ты бы вернулся к ней.
− Ты хотела меня настроить против нее? − спросил Антон. Он поднялся и снова сел на диван.
− Именно это я и хотела. Но ты, меня обескуражил. Ты, совершенно не слушал, что я тебе говорила…
− Я слушал…
− Ты слушал, но ничего мне не отвечал. Я не знала, на какую твою слабую сторону давить…
− Она! − выкрикнул Антон и указал на Марину. − Она, моя слабая сторона. Все что касается ее и есть моя слабость.
Он потянулся за пачкой сигарет, закурил и бросил зажигалку на стол.
Танька промолчала, задетая этой выходкой, потом повернулась к Марине и продолжила.
− Когда я позвонила на работу и попросила отпуск, мне отказали, − она развела руками. − Столько раз выходила в выходные дни, никогда не жаловалась, а взамен мне отказали.
− И ты уволилась?
Танька промолчала. Она тоже взяла сигареты, закурила и Марине пришлось встать и открыть форточку.
− Дальше хуже. Мои слова о твоем покушении, на другой день потеряли силу. К вечеру, он чуть не ушел. Пришлось звать тебя и клещами вытаскивать из тебя признание. Чтобы он услышал это от тебя.
Марина искоса посмотрела на Антона, но он не шелохнулся, сидел и смотрел на свою тлеющую сигарету.
− Про медика ты ему тоже рассказала?
− Я знаю, − ответил за нее Антон.
– Это была защита. Тогда не было времени на раздумье, − крикнула Танька.
− И ты знаешь, что я, вместе с ней, уничтожала улики?
− Я ему все сказала, а он все равно хотел вернуться к тебе.
− Я хотел все знать, чтобы понять, как помочь тебе, − ответил Антон, смотря на Марину.
− Я все ему рассказала и в тот вечер мы переспали, − с вызовом сказала Танька.
Антон при этих словах откинулся на спинку дивана и посмотрел в упор на Таньку. Та, ответила ему прямым взглядом, а Марина только переводила свой взгляд с одного на другую.
− Он все слышал, − сказала Танька, обращаясь к Марине. − Он стоял в коридоре и все слышал. Всю твою чушь о том, как ты устала, как ты хочешь уйти от него, как ты ненавидишь его… Про твоего любовника тоже, кстати.
Марина прижала руки к губам и побледнела. Она прекрасно помнила тот вечер и все свои слова. И на минуту представила глаза Антона, стоящего в полумраке, прислонившего затылок к стене, который молча слушал и сильно страдал.
− Антон. К чему вся эта комедия? Почему ты не вышел и не надавал мне пощечин? − спросила Марина.
Он посмотрел на нее и в его глазах, на мгновение, мелькнула искра боли, но потом они снова заледенели, и он отвернулся от нее.
− В тот вечер, он выпил, чуть ли не всю бутылку коньяка, − сказала Танька.
− А ты я смотрю любишь коньяк, − сама не зная почему съязвила Марина.
− Тогда-то и все произошло, − не обращая внимания на ее слова, продолжала Танька. Она смотрела на Антона, но он молча курил в сторону. − Он был очень нежен…Он целовал так, что я теряла ориентацию в пространстве… Какая же ты дура, это первое, что мне пришло в голову, когда я испытала неописуемое наслаждение.
Марина почувствовала, как вспотела. Она провела рукой по лбу и оттянула ворот водолазки. Достала из кармана носовой платок и протерла верхнюю губу.