– Цена на бумаге, – ответила тень, протягивая Неологу анкетку. Неологу от жары была неохота стараться впустую, да и жалко ему стало тратить время той тени, чьё время уже и так сожрала эта гостиница. А может, и не гостиница.
– Без документов никак? – спросил Неолог, подняв глаза на тень. На овале тени вдруг оформилось лицо, утончённое и какое-то немного жалкое. На глазах тени блеснули слёзы девушки.
– Пожалуйста… Я не… Как я могу вас пропустить, как вы это себе представляете? – прошептала она, смотря на Неолога.
– Неужели не представляете? – с вялым интересом спросил Неолог.
Тень промолчала в ответ, забрала пустую анкету и перепорхнула обслуживать следующего. Неолог, понимая, что здесь его взятку не примут, снова пошёл на улицу.
Он уже дошёл до пятиэтажек к тому моменту, когда окончательно стемнело. Люди начинали прятаться по домам, непринуждённо разговаривая, рефлекторно создавая в пустой душе Неолога щемящее сердце чувство, знакомое всем одиноким людям. Он стал искать ночлег в подворотнях, отложив своё путешествие к центру до завтра. Правда, теперь он сам не знал, зачем туда шёл – если его не принимали даже на окраинах, в центре ему было совсем нечего делать.
Он уже, было, направился в узкий, засыпанный песком переулок, чтобы устроиться как-нибудь за углом дома, как вдруг его кто-то окликнул. Неолог сначала проигнорировал возглас, удивляясь про себя тому, что в мире появился ещё один Неолог, а он об этом не знает, и завернул за угол. Но зов повторился, и Неолог удивлённо, немного робко обернулся.
Силуэт зовущего был незнаком Неологу. Да и как мог быть знаком силуэт, если силуэт может сказать лишь о том, что перед тобой человек – только и всего. Но, тем не менее, человек обращался именно к нему. Похоже, Неолог кому-то запомнился за своё многовековое существование.
Человек вступил в освещенную фонарем область и тем самым дал себя узнать. Как ему казалось. Неолог, увидев его лицо с широким, приплюснутым носом, слегка запавшими хитрыми глазами, средней толщины губами, маленькую голову, средних параметров корпус среднего роста… не узнал этого гостя его внимания. Не исключено, что он был с ним знаком, но тот был бесцветной личностью – как это часто бывает у немного отталкивающих, но популярных людей, этих врожденных психологов, друзья которых за редким исключением остаются довольны их обществом, подруги которых влюбляются в них чаще обычного. От них отмахиваются только не особо активные, скорее вынужденные участники общества, которым все еще противны попытки наглой лжи самому себе. Неолог мог допустить такой вариант, но вспомнить ни самого собеседника, ни тем более его имени он никак не мог. Да он и не особо пытался. Конечно, после пустыни, которая для Неолога не кончалась в черте города, приятно встретить даже незнакомого знакомого, но не такого.
– Неолог, верно? Как поживаешь, приятель? – спросил «приятель». Такие «приятели» всегда помнят имена; неизвестно лишь, дорожат ли они своим знанием или просто рождаются с ним.
– Да, – ответил путник. Он не прислушивался, о чём его спросили, но предпочёл на всякий случай согласиться. Сейчас он был мыслями где-то далеко в стране грёз, и ему не было дела до случайного собеседника.
– Вижу, ты не особо разговорчив. Ну да ладно, я тоже не из болтунов, – сказал он, весело подмигивая Неологу. Тот понимал, что это ложь воды настолько чистой, что такую вряд ли когда-либо завозили на эту пустынную планету, но, конечно, промолчал. Начинать или поддерживать разговор ему совсем не хотелось. Человек спросил еще несколько вопросов то ли из вежливости, то ли из интереса. Кажется, он спрашивал, как Неолог оказался в такой дыре, предложив несколько очевиднейших вариантов по типу больших долгов или дальних родственников.
Неолог прекрасно понимал, что такой человек задаст эти вопросы любому «приятелю», который будет молчать в ответ. Он надеялся, что молчание в этом случае трактуется как знак безразличия к его панибратству, поэтому собеседник должен в скором времени уползти, любезно поджав хвост. Так оно и случилось.
– Ладно, старина («Сказал человек, который видит меня второй раз в жизни», – подумал Неолог), бывай. Я тут недавно видел Неопериса…
Человек с довольством увидел некоторую эмоцию в глазах Неолога, которая, однако, тут же исчезла. Одна из главных целей таких людей – впечатлить собеседника, заставить его измениться в лице, в словах, в чём угодно. Возможно, это некая форма упоения эффектом своих слов…
– Дай мне его адрес, пожалуйста, – отчеканил Неолог.
– Запросто, – проговорил «приятель» с едва различимым торжеством. – Какой у тебя пароль от мыслей, дружище?