Неолог не смотрел на ГЗ. Он смутно вспоминал случай, только что врезавшийся в его сознание. Жидкий песок быстро одурманивал его, погружал в негу, сопротивляться которой было… Да и зачем сопротивляться… Неолог погрузился в раздумья, совершенно не связанные с недавним происшествием. Всё вокруг снова стало пейзажем для его бесконечных размышлений…
– Мне когда-то сказали, – промолвил наконец Неолог, провожая взглядом колесо, – что, если я буду задумываться о происходящем вокруг меня мире, я стану сумасшедшим. Знаешь, что они мне сказали?
Он повернулся к ГЗ и горько улыбнулся, забрав немного жидкого песка в ладонь.
– «Просто плыви по течению».
VI
Суть путешествия не изменилась, что они шли по карте, что плыли в песчаной реке. Не изменилось ровным счётом ничего. Те же дюны и тот же песок, та же жара днём и тот же холод ночью, та же бесполезность и, как выяснилось позже, тот же результат.
Проснулся Неолог как-то нехотя. В очередной раз его слепил свет местной звезды. С удивлением отметив, что яркий свет уже не раздражал его, он не подумал, что привыкает – он подумал, что и в его глаза начал набиваться песок. «Возможно, это какая-то особая черта жителей этой планеты», – подумал он.
Обнаружив себя лежащим на спине в песочной луже посреди дороги, Неолог почувствовал что-то столь туманное, что не смог определить, что именно. Он так устал плыть в бесконечном, бескрайнем, выкачивающем все соки потоке жидкого песка, что чувствовал только скованность и ломоту в теле, сопровождающуюся усталостью и явным облегчением от того, что он наконец почувствовал опору. У него не было ни сил, ни желания огорчиться тому, что ГЗ рядом не было – вероятно, в ходе безмолвного дрейфа его отнесло в какое-то другое место или вынесло на берег раньше Неолога. По крайней мере, дальше Неолога его не унесло: здесь река кончалась, стекая в ржавую решетку канализации. Это было поистине странное, противоестественное зрелище: песочная река, успевшая с момента поглощения Неолога расшириться до двух десятков метров, целиком утекала в сточную канаву. Неолог многократно видел в разных местах на границе между миром чужим и миром человеческим, как люди жестко и бескомпромиссно укрощали природу, но сцена обрыва целой реки одной канавой его поразила.
Хотя поражаться ему следовало не этому. Неолог попробовал встать и не смог. После нескольких неудачных попыток он со странным звуком перекатился со спины на живот и тут же понял, что живота у него почти не осталось.
Ни одно ребро не было сломано, таз повреждён не был, но аккурат между ними шёл гигантский провал. По-видимому, из жизненно важных органов в этой области не раздавленным остался только хребет, так как Неолог не был парализован. Со стоянием у него возникли некоторые проблемы, но в конце концов он смог найти такое положение, при котором он, собственно, стоял. Отодрав окровавленную одежду, прилипшую к остаткам живота, Неолог зашипел от боли.
Постояв некоторое время и привыкнув к положению дел, Неолог задумался о причине внезапного исчезновения живота. Увидев возле лужи, где он лежал, широкие следы шин, он вспомнил, что вблизи от города ездят внедорожники. Но почему никто не заметил его, не подал руку помощи? Конечно, был шанс того, что все эти машины были беспилотными внедорожниками каких-то корпораций, которым не было велено останавливаться около случайных людей. Но здесь, в пустынной планете с одним городом и несколькими поместьями, на самом деле имеющими какое-то значение только для самих себя, по просёлочным дорогам редко ездили по делам – сбывать товар в город где-то раз в месяц (а на деле – как пойдет) и вывозить оттуда обменную монету; а значит, часто ездили просто ради удовольствия. Беспилотники, к счастью для людей, ещё не опустились до того, чтобы кататься без ясной причины, поэтому за рулями внедорожников, ездящих по непонятной траектории, была стучащая пальцами в такт какого-нибудь лёгкого рока или тяжёлой электроники рука человека. «Но люди, скорее всего, разучились помогать незнакомцам за свой краткий исторический путь, – подумал Неолог. – Хотя, возможно, я клевещу на них, так как им никогда это не было свойственно».
Как бы то ни было, где-то на горизонте виднелись, как ложные и то же время бесконечно реальные надежды, острые шпили зелёных небоскрёбов. «Город», – подумал Неолог и поплёлся вперёд, сильно хромая с непривычки.
Часть вторая
I
Утро. Скорее всего.
Неоперис оторвал голову от стола. В шее ужасно ломит, спина будто бы со скрипом разгибается. В глаза безжалостно брызжет яркий свет местной звезды. Опять заснул за столом, не пошел в койку, когда было уже пора. Но как, как можно следить за собой, когда надо следить за смыслом жизни?