Все куда-то спешили — кто домой, кто на корпоратив, кто по магазинам за последними подарками. Но все — торопились к финалу года. Отсчитать двенадцать ударов курантов и загадать самое-самое заветное желание.
Новогоднего настроения у Матвея как не было, так и не появилось даже после пары часов катания по украшенным улицам. Впрочем, как и всегда.
У всех вокруг в глазах сияло предвкушение праздника, который принесет надежду на чудо.
И только у него — лишь меланхоличная мелодия в колонках и понимание, что чуда никогда не случится.
Не с ним.
Каждый год он надеялся, что найдется хоть что-нибудь: тот самый шар на елку, то самое блюдо, тот самый подарок, что заполнят пустоту в сердце.
Что Лера, одержимая праздником, однажды сотворит чудо, и вложит смысл в эту бессмысленную суету.
Но этого никогда не происходило.
И не произойдет — никогда.
Новый год наступил через три дня. Как всегда — громко и необратимо.
Лера вывернулась наизнанку, выполняя приказ.
Двухэтажная квартира с гостевыми спальнями, огромной гостиной, посреди которой стояла трехметровая елка, не хуже, чем в Кремле, шикарные блюда из лучших ресторанов — многие друзья и знакомые с удовольствием отменили свои планы, чтобы принять приглашение Леры встретить Новый Год в их компании.
Пока били куранты, Матвей стоял в проеме дверей, ведущих на открытую террасу и курил, глядя в засвеченное сизое небо Москвы. Миллионы людей по всему городу загадывали свои мелкие желания, не догадываясь, что он мог бы исполнить почти любое. У большинства они крутились вокруг денег, причем не слишком больших.
Только его желание не мог исполнить никто, потому и не было смысла его загадывать.
— Снимаем с елки золотые орешки! — захлопала в ладоши Лера. — Внутри для каждого будет новогоднее предсказание! Через год соберемся и узнаем, у кого что исполнилось!
— Весной встретишь человека, чьи глаза отразят твои мечты! — первой зачитала предсказание одна из подруг Леры, поглаживая свой уже внушительный живот. — Ой, я даже знаю, кто это будет!
— Дорога, что начнется с порога, закончится там, где небо пьет море… — хмуро зачитал свое предсказание один из деловых партнеров Матвея. — Что за чушь?
— Я думаю, вас ждет интересное путешествие! — рванула спасать положение Лера.
— Ты сама это писала? — прошипел Матвей, ухватив ее за локоть, когда она пробегала мимо.
— Да нет, попросила нейросеть, — отмахнулась она. — Смотри, что у меня: «Из тишины родится голос и мир замрет, слушая тебя!»
— Точно чушь, — заключил он.
— А у тебя что? — кивнула она на его кулак, в котором невесть когда появился орех.
Первым порывом было выкинуть его, не открывая, но что-то заставило его все-таки стиснуть пальцы сильнее, раскалывая скорлупу.
Золоченые осколки осыпались на снег, который ветер успел намести на открытую террасу.
Однако внутри ничего не оказалось.
— А… где? — удивилась Лера и даже присела на корточки, просеивая осколки в поисках бумажки с предсказанием.
Матвей лишь усмехнулся, стирая с пальцев позолоту.
Пустота.
Мироздание даже не удосужилось соврать для приличия.
Новый год сулил ему то же самое, что и старый.
…если бы он умел толковать знаки, он бы понял, что значило его предсказание.
Только из пустоты рождается новое.
Но почти десять месяцев следующего Матвей провел в уверенности, что его жизнь не изменится уже никогда.
Марта. Первая глава
Молчание в машине становилось все напряженнее.
Вика позвонила глубоко за полночь и позвала покататься.
Для матери двоих детей в начале учебного года, с которой помимо стирки, готовки, уроков и прочих домашних обязанностей никто не снимал рабочие задачи, это было не самое типичное поведение.
Позволить себе покататься в буднюю ночь по городу могла себе я — незамужняя, одинокая воспитательница трех котов и улитки, к тому же на фрилансе.
Но Вика — одна из самых моих близких подруг. Она была со мной в самые черные дни жизни и всегда поднимала трубку, даже если я звонила в три часа ночи только чтобы поскулить от боли. Поэтому я приехала к ее дому, не спрашивая.
Даже если ей просто хочется подышать осенним воздухом и полюбоваться огнями ночной Москвы. Подруги — это самая большая ценность в жизни.