Смущенно рассмеявшись, она задорно подмигнула и растворилась в толпе, будто по щелчку.
— Прямо неземная девушка, — восхищенно пролепетал бывший подозреваемый. — Согласен?
Телесный двойник искал взглядом пропажу и не сразу осознал, что вопрос был адресован ему. Встрепенувшись, он сбросил с себя магнетическое притяжение и резко обернулся назад к Ласточке.
— Тебя увлек ее образ или...
Призрак поспешил за сообщницей, и остаток вопроса утонул в зале.
— Мне нужна пауза, — заговорила на полутонах Анелия и беспокойно поправила на голове фероньерку. — Срочно. Иначе...
— Тебя вырвет прямо на начищенный до блеска паркет?
Она прыснула в кулак, а затем поморщилась, как будто это было слишком резким движением для нее.
— Нет, не настолько все критично. Но с головной болью я много не сделаю. Я возьму минут десять, ладно?
— Хоть все двадцать, — Клим взглянул на запястье с часами. — Кажется, мы чересчур быстро движемся. Лучше бы сбавить темп. — Хлопнув по пиджаку, где скрывался блокнот, он счастливо и полно улыбнулся: впервые на памяти девушки. И это оказалось очень красиво. — Смело отдыхай столько, сколько требуется. А я пройдусь по залу и разыщу троих оставшихся лицедеев.
Анелия моргнула и застучала каблучками в противоположную от него сторону. У лестницы, ведущей на длинную узкую площадку, очерченную перилами, а уже оттуда был проход на балкон, нашлась весьма приятная скамейка, которую никто не занимал.
Устроившись поудобнее и вытянув гудящие ноги, она уперлась ладонями в мягкую отделку. Размеренно дыша с закрытыми глазами, девушка стирала все те образы таро, что въелись под веки, и ощущала, как ее сознание освобождалось от визуального шума.
Наверху вдруг оказалась парочка, но Анелию не волновали чужие отношения. К тому же мешать она не собиралась и продолжала тихо блаженствовать на скамье, так удачно скрытую цветами, подвешенных к ограде. Только она никак не ожидала узнать голоса, завязавших диалог, который ей нежелательно было слышать.
— Клим, выслушай меня. Сейчас. Потом, боюсь, я не наберусь храбрости.
Девушка не могла знать, к чему заведет эта просьба, однако отлично догадывалась. Слишком поздно было покидать свое убежище, и подслушивать ей не сильно хотелось. Одними губами она сочно описала ситуацию, в которую так некстати угодила, и свои чувства по этому поводу.
— Я люблю тебя!..
Три слова зазвенели в воздухе, и Анелия накрыла уши ладонями в надежде, что это вскоре кончится. Она не должна была быть здесь. Не должна была ощущать неловкость. И не должна была сгорать от стыда, встретившись с зелеными глазами призрака.
Открыв рот, девушка чуть не выдала своего присутствия, но вовремя опомнилась. Она мотала головой из стороны в сторону и всем своим видом старалась показать, что не причем. Это все злой рок, а не ее личные деяния. Клим жестом попросил ее остановиться и ободряюще улыбнулся уголками губ.
Несколько мучительно длинных секунд — и пара ушла с площадки. Анелия не сдержала полный облегчения выдох и, махнув головой наверх, пригласила юношу в уединенное пристанище. Они не решились остановиться у перил, в конце концов из зала было бы хорошо видно, что она болтает с пустым местом, а потому они прошагали дальше и вышли на балкон, где им в лицо дыхнул поздний вечер.
— Извини, я не специально. Когда я пришла сюда, здесь никого не было. Знала бы, что тут случится настоящее откровение, не предназначенное для чужих ушей, я избрала бы себе другое укрытие, но увы... — свесив руки за ограду, она понурила голову. — Я не могла вот так уйти и при этом не выдать себя. У меня не было намерения шпионить, честно, и сразу вслед за признанием Лизаветы я закрыла уши. Клим, прости, пожалуйста.
— Даже жаль, что ты не услышала мой ответ.
— Почему? Он был столь прекрасен и лиричен?
— Нет. И совсем не близко, — он повернул голову и внимательно следил за реакцией девушки, будто надеялся нечто увидеть в ее чертах. — Я не ответил ей взаимностью.
— Ясно. Что же, славно и радостно, что мне не пришлось слушать хруст разбитого сердца. И без того ощущаю себя глупо и гадко, — выпрямившись, девушка передернула плечами и приложила холодные пальцы к огненным щекам. — Погоди, ты не злишься? Правда?
— Да, мне просто жаль, что я поставил тебя в такое неловкое положение. Мне стоило предупредить...