В «Анель» снова посыпались заказы, что радовало не только меня, но и маму, которая в один из вечеров заскочила ко мне с тортиком и так же быстро умчалась по своим тайным срочным делам. Выспрашивать я не стала — узнаю тогда, когда придет время — лишь взяла с нее слово, зайти ко мне на днях и все-таки съесть свой положенный кусочек сладости.
А послеобеденный длительный отдых я посвятила трем чудесным компаньонам: дивану, планшету и торту. В качестве расслабления извилин и развития креативного мышления я разрисовывала облака, которые специально для этой цели сфотографировала ранее. Много думать запрещалось. Только чистый полет фантазии и чирканье стилусом по дисплею на грани бессознательного.
Вазон с цветами, мордочка таксы, вытянутое узкое витражное окно, человеческие фигуры, напоминавшие античные статуи, и даже целые сцены, сошедшие то ли с картин, то ли с фильмов — из белой объемной пелены рождалось что угодно. Главное было позволить себе творить.
И вот тот миг, когда я фактически полностью заполнила фотографию и уже была готова открыть другую, голос справа от меня неожиданно произнес:
— Секундочку. Я еще не все рассмотрел.
Недоеденный кусок торта чуть не вывернулся на живот или, что более вероятно, на пол. Сердце зашлось от волнения, и мне понадобилось некоторое время, чтобы складно заговорить:
— Рада тебя снова видеть, но пугать меня было все-таки необязательно.
— Да, извини, — Клим виновато почесал макушку и вышел из-за моей спины. — Сделал раньше, чем подумал.
— Надо же. Опрометчивые поступки и с тобой случаются. А ведь так казалось, что вежливость и деликатность у тебя буквально по артериям вместо крови бегут.
— Ох, ладно-ладно. Продолжай. Я очень соскучился по твоему голосу и готов слушать даже нотации в его исполнении.
— Своеобразный ты призрак, конечно, — беззлобно сказала я, отложив планшет в сторону. — Но, если честно, мне тоже тебя не хватало.
Выпрямившись и подтянув ноги к груди, я освободила призраку другую половину дивана. Он тут же устроилась напротив и, сощурившись, произнес:
— Только не говори, что я умудрился пропустить твой день рождения, пока подрабатывал у своего телесного двойника молчаливым часовым.
— Нет. Это по другому поводу. Свадьба, — отломив ложкой нежнейший кусочек, я с наслаждением отправила его в рот. — Не моя, выдыхай. Мама всегда покупает тортик в честь свадебного заказа. Обычного платья для невесты это не касается, а вот когда мне доверяют еще и образы подружек, то будь уверен: на следующий день у меня на столе или в холодильнике окажется вкусная награда.
— Неплохая система. Видимо, твоя мама очень тобой гордится.
Устроив локти на подлокотнике, я пожала плечами.
— Бесспорно. И мне сильно с ней повезло. Но что мы только обо мне говорим. Ты как? Чувствуешь себя хорошо? По крайней мере, выглядишь обыкновенно. Той же плотности, что и всегда.
— Все в порядке. Ничего особо страшного со мной не случилось. Единственное, далеко отходить от самого себя было нельзя. Меня моментально дергало обратно. Не очень приятное чувство, но терпимо.
Клим рефлекторно коснулся ладонью груди, будто фантомная боль до сих пор никуда не ушла.
— Сожалею, — виновато понурив голову, искренне произнесла я.
— Зато это оказалось очень полезно. Три дня с самим собой. — Он состроил на лице выражение истинного блаженства, а затем, наклонившись ко мне, весьма серьезно заговорил. — Я выяснил, кто настоящий лицедей-злодей. Мини-спойлер: не Святослав Николаевич.
— Отмена сожаления. А теперь рассказывай. Я хочу знать, как тебе это удалось.
Глава XII
три дня назад
И пусть Клим был готов, дернуло обратно весьма больно. В глазах помутнело, и на мгновение он подумал, что его хлипкому существованию пришел конец. Сморгнув поволоку, он увидел телесного двойника и не одного, а в компании младшего брата.
— А-а-а, — протянул он с горьким осознанием. — Это тот день. Понятно.
Накрыв рукой лицо, призрак отправился на выход из комнаты, однако крепкая нить не отпустила его дальше нескольких метров. Разочарованно выдохнув, он вернулся на крохотную кухню и запрыгнул прямо на газовую плиту, рядом с горящей синим цветком конфоркой.