Это первый раз, когда кто-то обратился ко мне за ужином. Мне стало даже неловко. Часа два сижу тут как призрак...
Почему-то автоматически бросаю взгляд на Максима, ища в нём поддержки, но он увлечён беседой с парнями.
– Да, – поворачиваюсь обратно к Татьяне. – В университете. На международной экономике.
– Ого! Ничего себе! Международная экономика? И как она?
Понимаю, что мозгов у этой барышни немного, поэтому отвечаю первую пришедшую в голову чушь:
– Всё хорошо. Импорт-экспорт, всё в бесперебойном обращении.
– М-м-м, – строит умное лицо моя интервьюер, а затем задаёт истинный интересующий её вопрос: – А у Вас такое платье интересное и знакомое… Напомните бренд?
– Э-м-м... – тут уже начинаю тупить я.
Снова смотрю на Максима, а он, будто почувствовав на себе давку моих глаз, поворачивается к нам и вопросительно утыкается на меня взглядом, типа: «Что? Что ты так смотришь?»
Паника! Пока дама ждёт ответа и ковыряется в тарелке, я отчаянно моргаю Максиму в её сторону. И не раз!
Теперь тупит он: слегка приподнимает брови и кивает, пытаясь понять меня.
«Ну же! Ну же! Максим! Отвлеки её! Я не помню эти тупые бренды!»
– М? – переспрашивает Татьяна, поднимая глаза от тарелки и пережёвывая только что вошедший в её рот кусочек мяса.
Из меня вырывается нервный смешок.
Наконец-то! НАКОНЕЦ-ТО, спустя несколько секунд моих отчаянных сигналов, до Максима доходит, что мне от него что-то нужно, и он резко поднимает стакан, привстав.
– Друзья! Давайте выпьем!
Раздел 2.3.1.2.
Максим.
Мне срочно нужно пройти экспресс-курс по расшифровке женского языка жестов...
Кое-как допёр, что ей что-то нужно! Точнее, до сих пор не врубаюсь, что именно, но, как увидел её раскрасневшиеся щёки, у меня чуть сердце не вырвалось из груди, потому и выдал первое, что пришло в голову, чтобы она перестала так сильно нервничать.
«Эта Алиса меня точно скоро положит в гроб!»
Парни предложили отойти и покурить. Переключаю телевизор на канал с музыкой и оставляю Алису с кобрами. Открываю окно на кухне, пропуская курящих вперёд.
– Неплохая, – подмечает, подкуриваясь, Вадик.
– Нормальная, – сразу понимаю, о ком он.
– И чё? – подхватывает разговор Серёга, выдыхая дым. – Ты её «уже»?
– Нет.
– А чё? – продолжил он. – Не даёт?
Усмехаюсь.
– Не мороси.
Тим крепко затягивается и с едким прищуром выдаёт:
– Она одна? Парень есть?
– Есть вроде. Но я его никогда не видел.
– Номерок дашь?
– Зачем тебе? – напрягаюсь. – Она нормальная.
– Ой-й-й, да все они поначалу нормальные! – ржёт он сквозь дым. – Больше ломаются!
– Я серьёзно, – устало вздыхаю, явно не желая объяснять ему простые истины, но делаю это. – Шевели кого хочешь, но не мою помощницу.
– Какая разница? – издевательски продолжает этот тугодоходящий.
– Не беси меня, – сверлю его тяжёлым взглядом. – Я сказал: все, кроме моих сотрудников.
Парни переглянулись с чуть уловимой усмешкой.
– Ещё одна мысль, и я вас вырублю, – предупреждаю крайне серьёзно.
Вадик: «Да не!..»
Серёга: «Не, ты чё!..»
А Тим, блять, промолчал...
– Всё, докуривайте и пошлите, – ухожу.
Девочки танцуют у телика.
Присаживаюсь за стол и не могу оторваться от разреза платья Алисы. Он так сильно бросается в глаза. Она танцует... И это платье... Оно летает... Порхает за ней... Не знаю, сколько она выпила, но по движениям явно понятно, что в голову ей её вино вдарило основательно.
Смотрю на Аню. Всё как всегда. Бухая уже. Тушка. Просто тушка. Вся сделанная. Раньше лепил из неё куколку, но переборщил. Неживая стала. А как она двигается. Как смотрит. Меня раздражает в ней всё.
«Странно...»
Парни вернулись с кухни и присоединились к девчонкам. Тим окончательно охуел: подошёл к Алисе и начал танцевать с ней прямо у меня на глазах.
«Пидор! Я же сказал ему! Вообще свободу почувствовал? Перестал меня бояться? Надо его наказать! Это я так не оставлю! Дам ему самое охеревшее задание, и пускай обосрётся, а потом прибежит оправдываться передо мной за свою никчемность! Унижу его, как он сейчас делает это со мной на глазах у пацанов!»
Смотрю то на них, то по сторонам, то на жену. Натягиваю улыбку последней при каждой встрече взглядами.
«Неужели он разведёт её? Он же не остановится: сорвёт, даже не моргнув глазом».
Замечаю, что Тим уже приобнял Алису за талию и в танце лапает её по оголённому бедру.
Не могу сообразить, что мне сейчас надо делать, но вот так, при всех, убрать его от неё не вариант. И смотреть на это не могу. Разрывает изнутри. Щёки начинают жечь. Прикасаюсь к ним, а они реально горят.