– Спасибо, было очень вкусно, – благодарит он настолько приятным, мягким голосом и уходит наверх.
– А это зачем?! – в недоумении бегу за ним. – Зачем ты меня поцеловал?!
– Не задавай глупых вопросов, – ухмыляется он.
– Ты всех так целуешь?! Остановись! – кричу ему вслед, когда он даже не оборачивается. Подбегаю к дивану, хватаю подушку и швыряю её в него. – Остановись! Зачем ты это сделал?!
– Прекрати задавать глупые вопросы, – с насмешкой повторяет он, кидает подушку обратно и скрывается в кабинете.
– Придурок!.. – шепчу, возвращаясь на кухню.
Заканчиваю с обедом. Убираюсь на кухне. Привожу в порядок гостиную.
Анны всё нет.
Решаю подняться в свою комнату и немного отдохнуть.
Спустя одну серию ко мне стучат.
– Да! – поворачиваюсь к выходу.
Максим приоткрывает дверь, но не заходит.
– Тебя домой отвезти? – спрашивает он совершенно неожиданный вопрос.
– Было бы неплохо... – озадаченно киваю.
– Одевайся, – говорит он совершенно без настроения. – Сегодня переночуешь у себя.
Раздел 2.4.
Алиса.
Только забегаю домой, скидываю рюкзак на пол и уже реву, устремляясь в комнату.
Вдавливаюсь в кровать, не сдерживая эмоций. Истерика вырывается градом. Я так долго копила всё в себе. Так сильно запуталась, и мне сейчас настолько хреново от собственных чувств, что я мечтаю не то чтобы умереть – ИСПАРИТЬСЯ!
«Я должна закончить это! Я обязана закончить это! Это уже пик! КРАЙ! Хуже, чем сейчас, быть уже не может! Так невозможно! Такого не бывает! У него есть жена! Это неправильно! Если бы я узнала, что мой муж крутит такое за моей спиной! Я бы удавила, просто убила и втоптала в асфальт и его, и её!»
Перекатываюсь по постели. Бьюсь в конвульсиях, избивая кулаками матрас. Хватаю подушку и, накрыв ею лицо, истерически кричу:
– ЗАЧЕМ?! ЗАЧЕМ Я ПОМНЮ ВСЕ ЕГО ПРИКОСНОВЕНИЯ?! ЗАЧЕМ?! ПОЧЕМУ?!
Подрываюсь с кровати, потому что начинаю задыхаться от этого бурного выплеска накопительного эффекта эмоций за все эти дни, и иду в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок, но, когда бросаю взгляд на свое отражение в зеркале, моя истерика разгорается с новой силой.
В порыве ещё не утихшего аффекта крепко сжимаю кулак, бью по собственному отвратительному отражению и ору от безысходности:
– А-А-А-А!
Просто ору от осознания катастрофичности ситуации!
От чувства никчёмности!
От душевной боли!
Оттого, что не понимаю, что мне делать!
Оттого, что мне стыдно! Перед всем миром стыдно и позорно, что я – какая-то малолетняя дрянь! – могу разрушить семью! Да, не такую уж и крепкую, но семью! Анна любит его! А он...
А он?! Как он ведёт себя?! Как так вообще можно вести себя, будучи женатым?!
НО ПОЧЕМУ?! Почему я осуждаю его и в то же время мечтаю, чтобы он не переставал целовать, ревновать и трогать меня!
Я хочу с ним всё...
Я самый мерзкий человек на этой земле!
ХАХАЛЬНИЦА!
Обессиленно сползаю на пол, забиваясь под умывальник. Обвиваю голову руками. Растягиваю кожу лица. Вою в ладони. Нарывает везде. Я умираю… Мне тяжело дышать. Заикаюсь при каждом вздохе. Глаза болят. Низ живота ужасно тянет. Щёки начинают щипать от переизбытка на них соли.
Постепенно успокаиваюсь...
Дышу трубочкой. Ухожу на кухню. Трясущимися руками наливаю в стакан воды, пытаясь сделать хотя бы несколько глотков. Замечаю, что на тыльной стороне руки сочится кровь. Открываю холодную воду. Подставляю ладонь под струю. Только сейчас чувствую колющую прохладу и боль от необдуманного удара по стеклу, которое я даже нормально не разбила.
Нет сил ни на что.
Я не человек...
Овощ.
Наматываю на руку кухонное полотенце. Возвращаюсь в комнату. Зарываюсь под одеяло.
Засыпаю...
Кое-как разлепив веки, часа через два после истерики пишу сообщение в группу.
Алиса: Девочки, пошлите погуляем? Вы мне сейчас так сильно нужны…
Лера: Я за!
Вика: Аналогично!
Выдыхаю. Если бы они мне сейчас отказали... Не представляю, что бы со мной было. Я бы точно умерла. Я бы просто сдохла в одиночестве, наедине со своими мыслями.
Мне понадобился час, чтобы привести себя в порядок.
Встречаемся с девочками у метро и едем в центр.
– Лис, ты так ужасно выглядишь. Что опять? – спрашивает Лера, хватаясь за поручень.
– Не знаю даже, как сказать, – облокачиваясь на него же. – Ты Вике уже рассказала всё?
– Да... – стыдливо произносит подруга, но оно и лучше. Хоть где-то их шушуканья пошли на пользу, и мне не придётся вспоминать все эти события сызнава.