А ещё у Алисы очень красивая мама. Особенно подмечаю это. Моя девочка сильно похожа на неё…
Несмотря на такой обширный материал, всё равно не понимаю, насколько Алиса причастна ко всему этому? Она говорила, что никогда не видела своего отца и не общалась с ним. Неужели он как-то вышел на неё, и она рассказала ему обо всём только со своей стороны? Потом ему в голову пришла идея о мести? Хотя... Столько материала. Это реально было продумано давно.
«Он отрабатывал меня все эти годы? Знает ли про это Алиса? Интересно. Ладно, чё гадать? Суд уже на днях. Там, надеюсь, и узнаю».
А сегодня меня ждёт встреча с Аней. Она отлично клюнула на эту херню с заявлением в телеке, которую придумал Рус, и сразу связалась со мной.
«Тупая пизда!»
Раздел 3.7. «Суд»
Максим.
Всю ночь перед судом не могу уснуть. Сижу в тёмной гостиной, в сотый раз обводя пальцем ободок пустого стакана перед собой.
Чтобы поскорей прийти в себя, нужно вернуться к работе. Тем более после того, как меня вытащили из тюряги, молва очень быстро разнеслась, и «получатели услуг» вновь обратились ко мне.
Вернусь ли я к своей «работе»? ДА!
Дом однозначно продам. Машину помятую скину и расплачусь с Русом.
Руслан – красавчик. Он собрал материал на каждого, кто обвинял меня в этой хуйне. Хорошие доказательства. Железобетонные.
Раньше часто ездил на кладбище к родителям. Сейчас желания нет. Пока не хочу видеть их. Кроме, наверно, деда. Его похоронили отдельно от них. Он лежит с братвой и Громом. К ним схожу.
07:56. Скоро проснётся Руслан.
Решаю принять душ и успокоить мысли. Через несколько часов состоится суд. Это липовое дело закончит своё существование. Жду лицо следака, когда у него всё повалится. Сегодня мы поменяемся с ним местами.
11:50. Мы уже привели головы в порядок. Перепроверили весь материал. Перекусили и собирались на суд.
– Ну всё! – улыбается Рус, прихорашиваясь перед зеркалом. – Ты готов?
– Готов, – отвечаю, застыв глазами на нём. До сих пор весь на иголках.
– Так... – бьёт Руслан по портфелю и перебирает папки внутри него пальцами. – Флешку у охраны взял. Бумаги все взял…
– С Катей точно всё нормально? – перебиваю его бубнёж.
– Я тебя умоляю! – иронично кривится друг. – Только строила из себя обиженную и сильную бабу! Но ебётся прикольно! Со звуком, – ржёт Рус. – Там всё обработано. Она всё рассказала. Могут быть небольшие проблемы, но я надавлю.
– Встречный иск? – уточняю на всякий случай. Наверно, это уже от нервов. Знаю же, что Руслан думает на несколько шагов вперёд. Профессионал!
– Готов.
Решаю задать вопрос, который меня реально волнует:
– Не знаешь, Алиса будет?
– Не заявлена.
– Но были же якобы её показания. И это интервью.
– Всё это исчезло в один день.
– Её отец?
– Скорее всего.
Тяжело вздыхаю, мысленно умоляя небеса, чтобы её действительно сегодня не было. С трудом сдерживал себя, чтобы не написать или не позвонить ей после того, как меня выпустили. Нельзя. Никаких общений между нами быть не должно. Это могло пойти против нас. Руки трясутся. Наверно, как баран буду заикаться, если она реально появится там.
На улице ветрено, но солнечно. Выходим из тени подъезда, и нас прям окутывают тёплые лучи. На площадке резвятся дети. Этот смех бьёт в уши. А ещё я слышу что-то слишком тонкое и неуловимое для простого, ненаученного уха. Что-то, что я когда-то слышал, только очень давно.
Сажусь в машину и нервно оглядываюсь.
Рус только тянется повернуть ключ зажигания.
– Стой! – хватаю его за руку и медленно увожу её в сторону. – Выходи.
Резко открываю дверь. Вылетаю на улицу. Приседаю на корточки. Всматриваюсь под машину. Точно! Не зря меня называют собакой...
– Долбоёбы! – усмехаюсь. – Сапёра наебать хотели, – тычу на днище. – Видел, чё у тебя там?
– Что?
– Взлетели бы мы щас с тобой в окружающую действительность. Не замечаешь ничего нового у себя под дном?
Мы пригнулись и затаились. Слышится совсем-совсем лёгкое пищание. Очень старое у них оборудование. Нифига минировать не умеют. Кретины! Уже давным-давно всё беззвучно.
– Ментов вызывай! – приказываю Руслану.
– Мы опоздаем! – встречно орёт тот.
– Это покушение! Звони, вызывай ментов!
Через полчаса «Мерседес» Руслана был в оцеплении. Вдумчиво стою неподалеку от неё и наблюдаю за работой сапёра: действует очень уверенно, без ошибок. Молодец! Не раз, наверно, работал с такой херовиной. Я мог бы и сам это сделать, но мне нужны факты: камеры, свидетели, телевидение. Это у нас сейчас как раз и есть.