– Так и кто же попросил Вас написать заявление? Не подскажите эту фамилию?
Следак снова подскакивает.
– Протестую! Адвокат не имеет права говорить за потерпевшую!
– Принимается. Руслан Рифхатович, Вы действительно наводите потерпевшую на выгодный Вам ответ.
Рус оборачивается к судье.
– Так в том-то и дело. Мы же сюда за правдой пришли, или как?
– Не так навязчиво, пожалуйста. Продолжайте.
– Хорошо, – Руслан снова поворачивается к Павловой. – Екатерина Юрьевна. Вы имеете несколько счетов в иностранных банках. На один из них в течение пяти лет очень активно поступают крупные денежные средства. Начальный отправитель – Кипр. Не кажется ли Вам это странным? Давлатов давно эмигрировал туда же. Или у Вас там родственники? Бизнес?
Катя молчит. Дуру из себя строит.
Я смотрю на Алису. Она вся во внимании. А ещё... Она очень красивая. Я вообще мыслями не тут. Обнимаю её где-то на нашей веранде нового дома. Вокруг нас дети. Любимые и желанные дети. Они играют шлангом для полива растений и как-то неожиданно брызгают в нас. Мы с Алиской ржём и бежим за ними, обливая их в ответ…
– Екатерина Юрьевна, как нам воспринимать Ваше молчание? – вдруг прерывает мои мечты Руслан.
– Я получала их за работу.
– То есть у Вас там бизнес?
– Нет.
– А что тогда?
– Это не имеет отношения к делу.
– Правда? А вот мне кажется, что имеет. И очень даже напрямую.
Руслан достаёт наш первый козырь. К счастью, на Кипре имеются не только суки, но и нормальные пацаны. После Катиного признания Руслан так и подумал, что она не сознается во всём так просто, и поэтому обратился к местным знакомым, которые благополучно предоставили материалы слежки за Платоном. Он там много кому поднасрал и постоянно находится у них на мушке.
– Уважаемый суд, – говорит он и достаёт несколько фото, на которых Катя и Платон встречались у него на вилле, в кафе, в ресторане… – Это фотографии, на которых явно видно, что на протяжении нескольких лет потерпевшая Павлова активно встречалась с господином Давлатовым. Обратите внимание, снизу слева есть точные даты и время съёмки.
– Протестую! – начинает Игорёк.
– Да-да-да, это не имеет отношения к делу, – передразнивая, перебивает следака Рус. – Но Вы дослушайте, Вам будет очень интересно.
Игорёк занервничал, что аж начал грызть ногти.
– Прошу Вас обратить внимание на-а-а... – протягивает Руслан, быстро перебирая бумаги на столе. – Пятое фото.
Судья увлечённо ищет его.
Игорёк – нет.
«Пиздюк коррупционный!»
– Как Вы можете заметить, на этой фотографии неожиданно появляется старший следователь Никонов, – насмешливо говорит Рус. – А ещё... – достает следующие бумаги из папки, вдумчиво нахмурив брови, и продолжает: – Биллинг и-и-и... Вот. Нашёл. И распечатка недавних переводов ста-а-аршему следователю Ни-и-иконову и потерпевшей Павловой. В одно и то же время. Ка-а-ак удивительно – начальный отправитель – Ой! – Кипр. Как интересно, – заканчивает друг и с улыбкой поворачивается к Кате. – Екатерина Юрьевна, поделитесь с нами, о чём же вы втроём так дорого беседовали?
– Я уже всё сказала. Мои показания были ложными. Больше мне нечего сказать.
Мы с Русом переглянулись с насмешкой. Если Катюша думает, что она такая умная и мы не нашли связь между Платоном, шлюхами и ей, то она глубоко ошибается. Ой, как мне будет весело, когда мы начнём колоть этих куртизанок.
– Окей. Думаю, суду уже всё понятно. Больше вопросов нет. Спасибо, – заканчивает Рус и уходит на своё место.
Тишина.
Судья всё поглядывает на Игорька, а тот аж замялся. Не видать ему погон, как собственного хуя.
«Гондон жирный!»
– Так… – недовольно вздыхает судья. – Екатерина Юрьевна, присаживайтесь. Вызывается Абрамова Анна Леонидовна.
Аня встаёт и улыбается мне.
Улыбаюсь и подмигиваю в ответ этой курице. Перебрасываю взгляд на Алису, а она чуть прикрывает веки, глубоко вздыхает и стискивает зубы.
«Блять, малышка, потерпи. Так надо».
– Уважаемый суд, участники процесса, – воодушевлённо начинает Аня, – хотела сказать, что мой муж очень хороший человек...
– Протестую! – выкрикивает следак. – Что Вы несёте, Анна?
– Ваша честь, – подскакивает Руслан и снова передразнивает этого петушка, – я не понимаю, почему сторона обвинения позволяет себе такое поведение?
– Игорь Николаевич, – говорит суд, – Руслан Рифхатович, присядьте!
Следак так злобно смотрит на Аню. С таким презрением.
«Уёбок! Валится у тебя всё?! Ещё и присядешь после моего суда! Петушарой будешь!»
Алиса вопросительно смотрит на меня, типа: «Не поняла! А что происходит?!»
– Продолжайте, Анна Леонидовна.