Я не помню, как оказалась дома. Просто дошла на автомате, не отдавая себе отчет в действиях. Сколько я шла? Сколько сейчас времени? Вопросы возникали и пропадали. Медленно я обвела взглядом кухню и остановилась на ее любимой кружке, которую никому нельзя было использовать, кроме мамы. Куда я ее дену, если мамы не станет?
Глупый вопрос дал под дых, и невидимая сила обрушила меня на пол. Я рухнула на колени и рыдания, сдерживаемые все это время, вылились наружу. Мне некого было стесняться - я выла и кричала, как раненное животное, задыхаясь от рваных всхлипов и спазмов в груди. Порой мне казалось, что голова вот-вот лопнет, треснет пополам, что я больше не могу плакать, но каждый раз истерика возвращалась с новой волной. Я лишь отползла к стене и, закрыв лицо руками, выпускала все то, что накопилось внутри. Но как бы я не кричала легче не становилось. Силы покидали меня, а вот ноющая боль в груди – нет.
Сквозь прочную пелену густого гула и протяжного писка в ушах, я услышала, как закрылась дверь в дом, и послышались торопливые шаги. Глупая Аманда, я даже не закрыла входную дверь. Может это вернулся отец? Но я не была готова его видеть и даже мысль о том, что он пришел, снова вывернула меня наизнанку, заставляя все сильнее вжаться в стену и спрятаться за руками.
Шаги замерли на пороге. Остановившись всего на мгновение, они тут же стали громче и две руки схватили меня за предплечья и подняли на ноги. Тугой ком рыданий застрял в легких, и я забыла, как дышать. Черный пиджак, накинутый на голубую рубашку, был прямо перед моим носом.
- Господи, Аманда! Что ты делаешь с собой?
Стена, пол, мебель, запах вишневого ароматизатора для воздуха – все перестало существовать. Голос, такой знакомый, такой ненавистный и такой желанный. Голова была ватной, и двигать ею получалось с трудом, но все же я смогла поднять ее.
- М-мистер Уайт?
Какая смешная иллюзия. Какой смешной парадокс. Я смотрела на мужчину во все глаза, но не верила в то, что он стоял передо мной. Но это был он. Все тот же серьезный, грозный взгляд, все те же густые брови и светлая кожа. Его запах. Его прикосновения. Слезы, остановившиеся на минуту от удивления, покатились по щекам. По лицу мистера Уайта проскользнула растерянность и, не найдя подходящих слов, таинственный владелец одинокого дома рывком притянул меня к себе. Лбом и носом я уперлась в его грудь, боясь пошевелиться и вздохнуть. Брайан крепко обнял меня, стиснув в руках так, что перед глазами зарябило.
Мы стояли. Мои руки безвольно повисли, словно из них вынули кости. Я слышала, как в его груди бьется сердце. Я чувствовала, как от него исходит тепло. Как его руки обнимают меня за талию , удерживая на ногах. Как его пальцы медленно поглаживают по спине. Как его подбородок покоится на моей макушке. Одного его присутствия хватило для того, чтобы мой мир не рухнул. Один человек удержал от крушения корабль по имени Аманда. Горячая боль, раздирающая внутри каждую клетку тела, начала отходить. Тело погружалось в сонную апатию.
Мы стояли. Мои руки неуверенно обняли мистера Уайта в ответ. Рядом с ним беда не казалась такой смертельной, а слова, сказанные отцом, стали меньше. Я хотела бы так простоять вечность, держась за него и не отходя ни на шаг. Теперь стало плевать, как это выглядит со стороны и что он подумает. Я не хотела, что бы Брайан уходил. Я не хотела его отпускать. Мужская ладонь нежно и мягко погладила меня по голове, и я осторожно выдохнула воздух, скопившийся в груди.
- Все будет хорошо, - прошептал мужчина. – Все будет хорошо.
Мистер Уайт плавно отклонился от меня и, обхватив пальцами мой подбородок, приподнял голову вверх. За линзами соленых капель его лицо прыгало и теряло контур. И все же я попыталась ему улыбнуться, хоть онемевшие губы ничего и не чувствовали. Я не увидела, а скорее почувствовала, как Брайан улыбнулся в ответ и, быстро склонившись над моим лицом, оставил на коже лба теплый отпечаток своих губ.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов