Мы радовались встрече и прыгали посередине дороги.
Этот день отвлёк меня от дурных мыслей.
– Питер, как же мне хорошо у тебя в гостях, – говорила я, пока курила у Аси на балконе. – Может, останемся? – шучу я.
– Ой, нет уж, Милова! – улыбается подруга, – Отметим твой приезд по высшему разряду и в путь!
Мы засмеялись и пошли собираться.
– У меня желание, – мечтающие говорила Ася, – взять шампанского и болтать с тобой на пляже, на финском заливе.
– Давай так и поступим.
– Только оденься теплее, это тебе не Москва! А то я тебя знаю.
Это точно. Она меня знала. На самом деле, не больше, чем другие, но этих знаний достаточно, чтобы создать своё впечатление обо мне. Мы пили кофе и собирались на улицу. Настал тот момент, когда мне нужно было поведать подруге о своей «лав стори».
Я рассказала Асе нашу историю с Серёжей вкратце. Мне казалось, что это не так важно – знать все чувства, но пусть она знает хотя бы часть, так мне легче и я чувствую себя безопаснее, хотя бы потому что не храню в себе всю эту злобу. Я не надеялась на её понимание, да это и не было мне нужно. Я хотела выговориться, я это сделала. Пусть и без подробностей.
Мы уже почти собрались, как на мой телефон пришло сообщение. Угадайте, как звали его автора.
– Привет, белочка.
И всё, понимаете, всё вокруг снова рухнуло, в душе появился некий осадок. Я закрылась на балконе, чтобы начать с ним диалог.
– Привет, Серёж, я уехала в Питер.
– Нет, – ставит он грустный смайлик, – Ты надолго?
– Навсегда, – соврала я.
– Маш, хватит, возвращайся на работу.
– Хватит? Серёж, я устала. Я не хочу больше.
– Тут много гостей. Без тебя «В.» не тот…
– Я не выйду больше на работу, – отрезала я.
– Не глупи. Ты самая лучшая официантка в мире. Ты – самая лучшая белочка…
– Мне нужно отвлечься, мне больно видеть тебя.
– Я понял… – спустя десять минут ответил он, – До меня только сейчас дошло. Прости. Ты уехала и хочешь забыть меня, а я дурак, пишу тебе. Белочка…
И он был прав. Но я не могла не думать о нём, не отвечать на его сообщения. Было бы лучше, если бы он заблокировал меня везде, где можно и никогда не позволил написать ему. Глупо, но так у меня не было бы мысли, что он ответит.
– Грустно. – И снова сообщение от него. – Маш, я и ты… Это были лучшие моменты. Ты была… Лучшей. Знай, что я скучаю по тебе и помню.
И как по сердцу ножом, я села на коленки и всхлипывала.
– Помни. А я… Просто люблю тебя.
– Мне тускло без тебя на работе. Я приехал на работу. Мне снился сон, ты там была. Мне снилось, что ты в раздевалке, на автомате начал собираться. Ехал. Шёл. Эта арка. Мне ты везде… Только тебя там нет.
Это было похоже на бред сумасшедшего. Но я понимала, о чем он. Понимала и тихо плакала на балконе. Каждое его слово – это ножик. Я немного выпала из мира «нас», когда на балкон постучала Ася. Она смотрела на меня в недоумении:
– Ты ничего не хочешь мне объяснить?!
«Ты была лучшей» – мелькало в моем сознании. Зачем говорить такие слова человеку, от которого ты отказался? Зачем причинять такую боль…
Ася немного успокоила меня и попросила забыть о нем хотя бы сегодня. Боже, как же это не красиво – приехать отдыхать и всё равно загружать себя мыслями. Расслабься, Маша. Помоги себе. Я так и поступила, пообещав не вспоминать его. Я взяла все силы в кулак, удалила его номер, все сообщения, фотографии. Всё, всё, всё, чтобы не наткнуться случайно на что-то, что может его напомнить, заблокировала его номер. Затем я надела блузку, улыбку и мы отправились на финский залив.
Мы под кайфом в четыре утра у кофейного автомата.
Ты мне музыку тащишь в уши, чтоб чуть попустило.
Спустили за но́чь половину твоей зарплаты.
А я просто без кайфа и водки тебя любила.
Я стихами распятила душу на шум осколков.
Ты кричал, что я спятила, чокнулась и превратилась в пыль.
Ты постоянно орал: «Ну когда же ты, сука, сдохнешь?!»
А я мерила на себя каждую из твоих могил.
Здесь история без сюжета и остановок.
Жёсткий секс в прихожей и пара дорог на полке.
Все твердят, что союз этих двух бракован.
«Всё, что можем – вынесем, только не надо реветь так громко».
– Говоришь мне. Но нет никакого толка.
Обезбол не поможет, когда преподносишь чёрта.
Утром блузку, улыбку и легкая на подъём такая