Я сел за весло. Боли не было, но через час все тело ныло от напряжения. Мы распевали песню про Беовульфа – древнюю песню, рассказывающую, как герой плыл целый день, чтобы достичь большого озера, где сразился с матерью Гренделя, великаншей-ведьмой. «Wearp ðā wunden-mæl, – ревели мы, когда лопасть погружалась в воду; – wrættum gebunden, – когда налегали на вальки; – yrre oretta, þæt hit on eorðan læg, – когда толкали корпус вперед по блестящему морю; – stið ond styl-ecg», – когда поднимали весла и отводили их назад. Куплет рассказывал, как Беовульф, сообразив, что его меч не способен пронзить толстую шкуру чудовища, отбросил клинок, украшенный похожими на дым разводами, идущими по стали, прямо как у Вздоха Змея, и, сцепившись с ведьмой, повалил ее на землю. Он принимал удары и бил в ответ и наконец выхватил один из ее собственных мечей, жестокий клинок из времен, когда по земле ходили великаны. Меч такой тяжелый, что только герой мог совладать с ним. И Беовульф рубанул каргу по шее, и предсмертный ее вопль отразился эхом от крыши мира. То была славная легенда, поведанная мне Элдвульфом-кузнецом в далеком детстве. Только кузнец читал мне ее на старый лад, не так, как горланили мои люди, пока «Дринес» рассекала утреннее море. У них победу Беовульфу даровал «Hālig God», но у Элдвульфа это Тор, а не «святой Бог» дал герою силу одолеть подлую тварь.
И я молил Тора дать мне силу и поэтому налегал на весло. Мужчине требуется сила, чтобы махать мечом, держать щит, колоть врага. Я шел в битву, но был слаб. Так слаб, что после часа гребли вынужден был передать весло Эдрику и перейти к сыну на рулевую площадку на корме. Руки мои ныли, однако боли в боку не ощущалось.
Мы гребли весь день и, когда солнце опустилось за кормой в море, достигли обширных илистых отмелей у берегов Вирхелума. Место, где соединяются реки, земля и море, где приливы омывают ребристые пески и где птицы покрывают поверхность подобно выпавшему снегу. К югу от нас находилось устье Ди, реки более широкой, чем Мэрс, и мне подумалось, не совершаю ли я ошибки и не стоит ли нам свернуть в Ди, чтобы привести корабль прямиком в Сестер. Но мы двинулись меж узких берегов Мэрса. Я боялся, что Сигтригр, если он действительно пришел, уже воспользовался руслом Ди, чтобы высадить свою армию и взять Сестер. Я прикоснулся к молоту на шее и помолился.
Ил уступил место траве и камышу, затем лугам и пустошам, низкорослым лесам и пологим холмам, покрытым ярким желтым ковром ракитника. Южнее нас, в Вирхелуме, появлялся то там, то здесь столб дыма, выдавая расположенную среди лесов усадьбу или ферму, но темные грибы пожарищ нигде не пятнали вечернее небо. Местность выглядела мирной. Коровы паслись на лугах, овцы бродили по склонам. Я искал глазами новый бург Этельфлэд, но пока не замечал никаких его признаков. Раз она строила его для защиты реки, значит он должен находиться близко от берега. И поскольку она не дура, бург должен лежать на южном берегу, чтобы в крепость легко можно было попасть из Сестера. Но тени на реке становились длиннее, а ни стен, ни частокола я не замечал.
«Дринес» плыла дальше. Веслами мы пользовались только для того, чтобы удерживать судно прямо по курсу, предоставляя сильному приливному течению нести нас. Шли медленно, потому что река изобиловала коварными мелями. Справа и слева виднелись илистые банки, но вихри водоворотов намекали на основное русло, поэтому мы потихоньку продвигались вперед. Какой-то мальчишка копался в грязи на северном берегу и отвлекся от своего занятия, чтобы помахать нам. Я помахал в ответ, гадая, дан он или норманн. Едва ли парнишка из саксов. Эта земля многие годы находилась во власти северян, но захват нами Сестера подразумевал, что скоро окрестности города перейдут к нам и нужно будет населять их саксами.
– Вон там! – воскликнул Финан.
Я оторвал взгляд от мальчишки, посмотрел вверх по течению реки: над прибрежными кустами вздымался густой лес мачт. Поначалу я принял их за деревья, но потом обратил внимание, какие они прямые и голые – ровные линии на фоне сумеречного неба. А прилив продолжал нас нести, и я не осмеливался повернуть из страха сесть на невидимую мель. Повернуть было бы разумно, потому как эти мачты говорили, что Сигтригр вошел сюда, в Мэрс, и теперь его корабли в Вирхелуме, не под Сестером, и что нас поджидает армия викингов. Но прилив был как судьба. Он влек нас за собой. Чуть далее за мачтами курился дымок – не густая черная завеса пожара, но легкая дымка походных костров, озаряющих полумрак под невысокими деревьями. И я понял, что нашел новый бург Этельфлэд.