– Мы паломники, – ответил я, чувствуя себя глупо.
Монах снова заговорил, не выпуская из рук деревяшки. Потом вмешался самый младший из троицы, бледный юнец с куцей бороденкой.
– Кто вы? – спросил он на нашем родном языке.
– Я же говорю, мы паломники. А вы кто?
– Вы пришли, чтобы убить нас?
– Если бы я хотел тебя убить, ты был бы уже мертв, – отрезал я. – Мы пришли с миром. Так кто вы такие?
Молодой монах перекрестился, затем осторожно отвел дубинку собрата и заговорил с ним по-валлийски. Я разобрал слово «сезон», как они называли саксов. По их лицам разлилось облегчение, когда они поняли, что их не станут убивать. Старший из монахов, седобородый дед, упал на колени и заплакал.
– Так кто вы такие? – снова обратился я к юнцу.
– Меня зовут брат Эдвин, – представился молодой монах.
– Сакс?
– Из Скиребурнана.
– Из Скиребурнана, господин! – резко поправил я его.
– Да, господин. Из Скиребурнана.
– Ты приехал вместе с епископом Ассером? – осведомился я. Это казалось очевидным объяснением тому, как саксонский монах оказался в этом прокопченном углу Уэльса.
– Верно, господин.
– Почему?
Он нахмурился, явно озадаченный вопросом:
– Чтобы учиться у него, господин. Прелат был в высшей степени святым человеком и великим учителем. Он попросил меня ехать с ним, чтобы внимать его словам, господин.
– И что тут приключилось? Кто сжег поселок?
Приключились норманны. Где-то к северу от Тиддеви находилось устье реки. Брат Эдвин назвал то место Абергвайн. Я его слышал в первый раз. Норманны из Ирландии осели там.
– Господин, у них есть разрешение, – сообщил Эдвин.
– Разрешение?!
– От короля, господин. Норманны обещали платить ему дань.
На это я захохотал. Многие короли в Британии приглашали северян осесть и верили их обещаниям жить мирно и платить за пожалованные земли. Но постепенно прибывали новые корабли, военные отряды поселенцев разрастались в числе. Внезапно король узнавал, что вместо арендаторов заполучил шайку свирепых воинов, кукушат с когтями, желавших зацапать его поля, его женщин, его сокровища и его трон.
– Кто предводительствует этими норманнами? – спросил я.
– Его имя Рогнвальд, господин.
Я посмотрел на Финана, но тот пожал плечами, показывая, что имя ему ни о чем не говорит.
– Он приплыл из Ирландии? – уточнил я у монаха.
– Множество норманнов сбежало из Ирландии в последние годы, господин.
– Интересно почему? – хмыкнул Финан.
– И сколько воинов привел Рогнвальд?
– По меньшей мере сотню, господин! Но мы знали, что он идет. Мы наблюдали с гор и получили весть, так что имели время спастись. Но вот сокровища… – Не договорив, он унылым взором обвел ободранную церковь.
– Сокровища?
– Мы захватили малые реликварии и алтарную утварь, но остальное? Большой золотой саркофаг святого Деви, серебряное распятие – они слишком тяжелые, и у нас не было времени вывезти их, господин. Считаные минуты. Они прискакали на конях.
– Норманны забрали святого?
– Мы спасли мощи, господин, но гробы… Увезти их мы не успели.
– Когда это случилось?
– Два дня назад. Мы втроем вернулись вчера.
Он замялся. Монах со здоровенным куском бруса стал что-то яростно говорить, и брат Эдвин смутился. Потом собрался с духом и снова повернулся к нам:
– А ты, господин? Могу я осведомиться, откуда ты прибыл?
– От короля Эдуарда.
Разумнее было сделать вид, будто мы из Уэссекса, а не из Мерсии. Уэссекс находился дальше, его воины реже сражались с валлийцами, тогда как Мерсия являлась соседом и беспрестанно отражала набеги с гор.
– От короля Эдуарда? Хвала Господу! – воскликнул Эдвин. – Это добрый христианин.
– Как и мы все, – благочестиво добавил я.
– И это сам король послал тебя, господин?
– Чтобы посетить могилу епископа Ассера.
– Ну разумеется! – с улыбкой произнес юный брат. – Епископ был большим другом Уэссекса! И таким святым человеком! Каким замечательным слугой Божьим он был! Такая щедрая и благородная душа!
«Такая куча слизнячьего дерьма», – подумал я, но кое-как ухитрился изобразить улыбку.
– В Уэссексе так его не хватает! – возопил я.
– Он был там прелатом, – заявил брат Эдвин. – И нам никогда не найти равного ему. Однако теперь подвижник присоединился к сонму святых на небесах, где ему и полагается быть!
– Воистину так! – пылко подхватил я, представляя, какой скучной должна быть эта компания святош.