— Правильным? — повторил медленно. — Ты мог спасти свою шкуру. Но промолчал. Почему?
Юноша уставился в кашу, избегая взгляда. Он задавал себе этот вопрос не раз, но так и не нашёл ответа. Тогда, в тот миг он просто… не смог. Предать не позволила совесть.
— Потому что… — Стиснул зубы, сглотнув комок в горле. — Потому что это было бы неправильно. Я не предатель.
Мрак ждал продолжения, не отводя испытующего взгляда.
— А ещё… — Парень вскинул голову и посмотрел напарнику в лицо. Растерянность исчезла, сменившись острой решимостью, за которой скрывалась давняя боль. — Ты единственный видел во мне равного, когда остальные отворачивались. Учился у тебя, и за эти четыре дня узнал больше, чем за десять лет в Альдене.
Караванщик узнал эти глаза, иногда подобное выражение встречал в зеркале. У каждого своя тропа, своя цель, и личные убеждения, которые не предаются.
Мрак молча кивнул, подтверждая собственные мысли. Несколько секунд помедлил и тихо заговорил вновь:
— Знаешь, почему молчал я?
Илья нахмурился:
— Почему?
Мрак всмотрелся пристально, словно решая, стоит ли продолжать. Его пальцы дрогнули, но тут же он сжал их, подавляя волнение.
— Ты напоминаешь мне кое-кого.
Снова отвернулся к окну. Вектор насупился сильнее:
— Кого именно?
Караванщик чуть помедлил и произнёс, едва разжимая губы:
— Брата.
Слово прозвучало глухо, обжигая воздух тяжестью, что он носил в себе годами.
— Ты на него похож, — добавил после паузы. — Есть в тебе что-то такое… Образ. Упрямство.
Илья внимательно вслушивался, улавливая скрытые эмоции, от которых перехватывало дыхание.
— Что с ним случилось? — осторожно спросил парень.
Мрак едва заметно пожал плечом, уводя взгляд в сторону.
— Неважно.
Оборвал разговор настолько резко, что спрашивать дальше расхотелось.
Илья коротко выдохнул, понизил голос, приблизившись к Мраку:
— А что теперь с Ник…
Резкая боль в ноге заставила его осечься — напарник сильно пнул его под столом, мгновенно оборвав фразу. Мрак едва заметно покачал головой, сжимая зубы.
— Ты с ума сошёл? — прошипел он, едва разжимая губы. — Ни одного слова. Забыл?
Вектор нахмурился, потирая болезненный ушиб.
— Не забыл, — ответил он тихо, раздражённо. — Просто… надо же что-то решить.
Мрак замер, напряжённо уставившись перед собой. Несколько секунд казалось, что он не собирается отвечать вообще. Но потом, чуть выдохнув, коротко произнёс:
— Уже решили. Забудь. Молчи и живи дальше.
Илья, сжав кулаки, наклонился ближе:
— Так просто не получится. Он был с нами, и вдруг исчезает — и всё?
Напарник резко метнул в него короткий, тревожный взгляд.
— Всё, — повторил он тихо и жёстко. — Это вне нашего контроля. Его забрали не те люди, с которыми можно торговаться или договариваться. Ты это понимаешь?
Вектор, поколебавшись, кивнул, неуверенно опустив глаза.
— Понимаю.
— Он справится, — добавил Мрак после долгой паузы, чуть менее резко, и в его голосе прорезались осторожные нотки надежды. — Скорее всего, он в тюрьме. А значит, жив.
Илья поднял глаза, в его взгляде мелькнуло облегчение и тревога одновременно.
— Как думаешь, Пустошь ещё даст нам шанс пересечься?
— Может, — тихо произнёс Мрак, его лицо оставалось напряжённым. — Но до тех пор ни слова. Вообще ни одного. Понял?
Илья нахмурился, принимая это решение. Вопросы роились в голове, оставляя за собой лишь глухое напряжение. Чтобы отвлечь парня от тревожных мыслей, Мрак перевёл разговор в другое русло.
— Слушай, Вектор. Одному сейчас тяжело. Да что там, невозможно. — Он сделал паузу, проверяя реакцию. — Если хочешь выжить — держимся вместе. Лёгкой жизни обещать не могу, и всё же вдвоём проще. Справимся.
Илья молчал, стиснув ложку в руке, ждал подвоха или скрытого намёка. Не найдя их, пожал плечами. Всё оказалось до неприличия просто, возможно, в этом и был смысл.
— Ладно, — негромко пробормотал парень. — Вдвоём, значит вдвоём.
Напарник одобрительно качнул головой, будто не сомневался в подобном ответе, и спокойно откинулся на спинку стула.
— Тогда доедай, — голос прозвучал ровно. — Впереди много дел.
Илья жевал медленно, старательно скрывая, как облегчение прокатилось по телу. Мысли наконец начали складываться в картину: куда двигаться дальше, что делать. Главное, что одиночество, которого боялся сильнее всего, обошло стороной.
Опытный боец мог уйти, не тащить за собой ученика, едва понимающего жизнь за стенами Альдены. Илья искоса посмотрел на напарника: тот сидел расслабленно, словно для него всё было ясно с самого начала. Человек, привыкший просчитывать ходы наперёд, не торопился раскрывать все карты сразу.