Лисса напряглась, предчувствуя худшее.
— Но в этот раз, Лисса… я не приду.
Холод пробежал по позвоночнику.
— Ты почувствуешь всё, от первого удара до последнего крика. Каждую секунду, каждую вспышку боли, каждое… — Анабель сделала паузу, будто подбирая слово, — новое для тебя ощущение.
— Ты блефуешь, — прошептала Лисса, не разжимая губ.
— Проверишь?
Тишина в голове давила сильнее любого шума.
— Попробуешь пройти через это в одиночку? Никто не прикроет тебя от страха, не защитит от боли.
Лисса перестала дышать.
— В этот раз, — почти ласково прошептала Анабель, — ты запомнишь всё.
Невидимый капкан захлопнулся.
Мрак смотрел на неё внимательно, без явного интереса, но сосредоточенно, словно перед ним было нечто странное. На первый взгляд Лисса казалась уверенной: прямая спина, острый взгляд, лёгкая хищная улыбка. Но чем дольше мужчина наблюдал, тем яснее проступали тревожные детали.
Дрогнуло плечо, дыхание прервалось чуть резче, чем должно было. Пальцы внезапно сжали край одежды сильнее, чем нужно. Челюсть на секунду напряглась, словно подавляя спазм.
Девушка контролировала голос и осанку, но тело выдавало её с головой. Будто две силы внутри тянули в разные стороны: одна толкала вперёд, другая — оттаскивала назад, и между ними рождалась нервная, неестественная судорожность.
Она не владела собой и это сулило проблемы.
— Ты больна?
— Что? — девушка растерялась. — Нет, конечно.
«Верёвки», — лениво прошептала Анабель.
— Бежишь от кого-то? Тебя преследуют?
«Крюки. Железные, вбитые в стену. Знаешь зачем?»
Лисса быстро моргнула, стараясь взять себя в руки, вернуть контроль над голосом и телом.
— Тоже мимо, здоровяк, — она улыбнулась легко, чуть вызывающе.
«Ты висишь, руки натянуты, запястья в крови. Чувствуешь?»
Лисса, влекомая образами, шагнула вперёд, скрестив руки на груди.
— Сомневаетесь в словах? Проверим на деле.
Вектор подался ближе, уже явно зацепленный разговором.
«Он не сразу начнёт. Сначала будет смотреть, ждать, пока ты поймёшь — боль это только начало».
Мрак стоял неподвижно, закрытый, без тени доверия.
— Выбирайте товар. Любой. Вы закупаетесь, я закупаюсь.
— Ты? — голос Мрака прозвучал холодно и настороженно.
Его взгляд цепко скользнул по ней, пытаясь понять, что стоит за словами.
— Да, я.
Мрак молчал.
— Едем в Вулканис. Продаём.
— И? — нетерпеливо спросил Вектор.
— Вся выручка ваша. До последней монеты.
«Ты знаешь, как долго можно кричать, пока голос не сорвётся?»
Лисса снова моргнула, вернув себя в реальность, выдержала паузу и спокойно спросила:
— Ну? Согласны?
Вектор растерянно качнул головой, Мрак сузил глаза, теперь в них появился расчёт.
— Тебе зачем это? — его голос смягчился, и от этого стало ещё опаснее.
— Маршрутка до Вулканиса и партнёры. У вас не складывается, я показываю на товар, треть будущей прибыли — моя.
Она говорила прямо, без увёрток и игр. Карты были на столе.
— Схема работает, все в плюсе.
— Ах, Лисса, — протянула Анабель с ленивым восхищением. — Ты красиво разложила карты…
Девушка замолчала, позволив словам осесть, а потом нанесла финальный удар:
— Я ставлю на это пятьдесят монет.
Воздух вокруг сгустился.
— Сколько?! — Вектор отшатнулся, словно не поверил услышанному.
Даже Мрак едва заметно качнул головой. Лицо его оставалось непроницаемым, но в глазах вспыхнул неподдельный интерес. Лисса приподняла подбородок, удерживая напряжённую паузу, чувствуя, как внутри всё сжимается.
Пятьдесят монет. Больше, чем стоил один боевой контракт Авангарда. Лисса явно завысила ставку. Мрак медленно выдохнул, склонил голову вбок, и в этом движении было не раздражения, подозрения, а какое-то выверенное, хищное отстранение.
— Бред какой-то.
Лисса передавила.
Мрак был опытным караванщиком и за годы в пути видел сотни сделок — честных, грязных, отчаянных. Обычно у тех, кто хотел присоединиться к каравану, был ясный мотив: защита, дорога или возможность заработать. Они договаривались, торговались, иногда просто платили.
Эта девушка вела себя иначе. Мрак сразу понял — её истинной целью была маршрутка, хотя она старалась выставить это как сделку.
Мужчина не верил в случайности. И в засаду тоже — по крайней мере, сейчас. Они только прибыли, шоссе было чистым, слежки не заметили. Её отчаяние читалось в каждом слове, но его причина не вписывалась ни в один привычный сценарий.
— Фильтры, — невпопад вставил Вектор.
Мрак скосил на него хмурый взгляд.