«Делай, что должен», — подумал Порш, глядя на потускневший контур крепости.
На рассвете, когда над мёртвым городом только посерели первые полосы света, передовая группа уже стояла во дворе. Двигатели прогревались, выдувая горячий пар из-под капотов, металл побрякивал от вибрации. Бойцы затягивали ремни, поправляли шлемы, кто-то в последний раз проверял магазины, клацал затвором. Первый джип скатился по разбитому пандусу на улицу, за ним потянулись остальные. Колонна вытянулась по пустой магистрали и вскоре растворилась в утренней пустоши, унося тех, кто должен был первым проверить крепость и открыть дорогу остальным.
Порш шёл в авангарде.
Ядро оставили в мёртвом городе, под присмотром тех, кому доверяли ещё с первых рейсов. Тащить с собой смысла не было — куда его воткнёшь, в гараж под многоэтажкой? Такой товар руками не носят и на рынке не выкладывают. За попытку продать пристрелят на месте, без протоколов и разговоров. Золотой куш в ящике был опаснее гранаты с выдернутой чекой.
К форпосту подошли ближе к полудню.
Пыльное марево над стенами дрогнуло, проступили зубцы, оборванные сторожевые ходы, худые силуэты вышек. Снаружи тишина, сухая, без единого выстрела, без крика. Похоже, этот каменный скелет пока никому не понадобился. Машины протащились сквозь разбитые ворота, створки висели на одной петле, на бетоне валялись осколки старой брони. Внутри их встретил холодный полумрак от высоченных стен. Солнце рвалось через проломы рваными пятнами, ржавые тени тянулись по двору. По краям торчали раскуроченные постройки, обвалившиеся укрытия, кое-где каменные навалы с торчащей арматурой напоминали давно замолкшие огневые точки. Всё выглядело мёртвым и избитым временем, но стены стояли. Стены были настоящие.
По команде бойцы начали спешиваться. Двери хлопали, ботинки глухо били по камню. Народ быстро разбился по тройкам, каждая связка получила свой сектор. Один шёл впереди, второй держал прикрытие, третий тащил на ремне дополнительный боекомплект или ящик с дымами. Они растворились в проходах, ушли в проёмы, за груды обломков, короткими перебежками углубляясь в форпост. В рации щёлкали короткие доклады: «двор чист», «сектор слева пусто», «старые гильзы, больше ничего». Пахло затхлой пылью, старыми кострами и едва уловимой гарью от перестрелок, которые когда-то сюда уже заходили.
Порш с двумя старыми бойцами сразу взял курс к каменной башне в центре.
Она торчала над форпостом как обломанный зуб: выше всего остального, с чёрными подтёками от давних пожаров на стенах. По старым слухам, где-то в её нутре начинался спуск вниз, к подвалам, к сердцу крепости. Там, в глубине, должна была стоять энергетическая установка, ждущая своего ядра. Или ржавая груда металлолома, убитая первым же штурмом. Порш не знал, что найдёт, и собирался выяснить лично.
Вход в башню: тяжёлый проём без двери, откуда тянуло прохладным сквозняком. Внутри пахло сыростью, машинным маслом и чем-то старым, техничным, от чего сжималось что-то в груди. Порш переступил порог, поднял ствол чуть выше, ловя каждый шорох. За ним втянулись двое: один метнулся к лестничному пролёту, другой присел у стены, контролируя коридор.
Глубже начиналась темнота.
Где-то внизу, под башней, ждала либо их будущая станция — либо тупик, который похоронит всю затею вместе с теми, кто в неё поверил.
Лаз нашли не сразу.
Они прочесали нижний уровень башни дважды, простукивая стены, проверяя каждый угол, каждую трещину. Ничего. Бетон отвечал одинаково глухо, швы вели в никуда, и уже начинало казаться, что слухи о подземельях просто байка, пересказанная сотню раз и обросшая подробностями, которых никогда не было.
Нашли случайно. В одном из тупиков под лестничным пролётом плитка пола шла с едва заметным провалом, почти незаметным, если не знать, что искать. Шов тянулся к стене под странным углом, не как остальные. Шрам прошёлся по плите прикладом — звук вышел другой, не тот глухой стук, а что-то пустое, с эхом.
Если бы не искали целенаправленно — прошли бы мимо. Сто раз прошли бы, и ничего.
Поддели край ломиком, потянули. Плита подалась с противным скрежетом, повисла на ржавых петлях, открывая чёрный провал в нутро форпоста. Оттуда дохнуло сыростью и старым металлом, снизу тянуло холодом, будто из колодца.