— Засеял тут, — сказал Ментрор. — Сюда никто не ходит. И не слышит.
Он помолчал, ковырнул травинку пальцем.
— Ты думаешь: с какого хрена я, гильдейский прихвостень, отговариваю тебя от Гильдии.
Порш не спрашивал вслух, но Ментрор, видимо, читал по лицам не хуже, чем по накладным.
— Потому что знаю, как это работает изнутри, — он сплюнул в сторону. — В бумагах у них главная строчка — «безопасность. Это правда. Всё остальное мелким шрифтом: кто чей, у кого доля, кто сидит на ключевых точках. Ты им нужен как клеточка в таблице, если не меньше.
Он потёр шею, где под воротником белели старые шрамы.
— Оформят тебя официально — и начнётся. Пришлют администратора, поставят рядом куратора, заставят согласовывать каждую сделку, каждый патрон. Полгода ещё будут слушать, потом найдут своего, послушного, и скажут тебе спасибо за работу. Дадут почётный угол где-нибудь в тылу. А потом и вовсе скинут.
Ментрор посмотрел на Порша:
— Форт не отберут силой. Отберут бумагой. И медленнее — не значит лучше.
— А сейчас отберут через неделю, — хрипло сказал Порш.
— Если будешь играть по их правилам — да, — кивнул Ментрор. — Твой шанс в другом.
— В чём, блядь? Нас десяток боеспособных. Чем мне крыть три силы, да ещё и Гильдию сверху?
Ментрор откинулся на локти, посмотрел в мутное небо над Шлюзом.
— Пушками никак. Никакие наёмники не спасут, если приедут всерьёз. Форт задавят в любом раскладе, сегодня или через месяц.
Он приподнялся и ткнул пальцем в грудь Порша:
— Единственный шанс — сцепить их между собой. Сделать так, чтобы каждый понимал: полезет брать форт — двое других начнут нервничать.
— И как это сделать? — Порш скептически повёл плечом.
— Объяснить каждому.
Ментрор загнул первый палец.
— Вулканису скажешь, что форт нужен как санитарная зона. Меньше потерь по спецрейсам, меньше поводов лезть в Мёртвый Город, меньше трупов, которыми потом политику раскачивают. И что если форт возьмёт Краегор — усилят свое влияние в Альтерре.
Второй палец.
— Краегору скажешь другое. Форт им выгоден как легальная стенка. Место, где их люди могут ночевать, лечиться, сбывать лишний хлам без засветки на этой стороне. И что если форт проглотит Вулканис, там встанет гарнизон, который начнёт трясти всех, кто идёт с той стороны. Баронам такое тоже не улыбается.
Третий.
— Рейдерам объяснишь, что кошмарить их не будешь. Место, где раненым дают перевязку, где можно переждать ночь, где живут нейтрально к тем, кто платит. Будут держать дистанцию — всегда найдут у вас патроны и информацию. Им выгодно, чтобы форт оставался ничейным сараем, а не чужим гарнизоном.
Четвёртый.
— Про Гильдию я сказал. Им выгодно иметь посреди пустоши узел, который не принадлежит ни Вулканису, ни Краегору, ни бандитам. Меньше риска, меньше конфликтов, меньше официальных войн. Но оформлять тебя они не должны.
Он замолчал, давая переварить.
— Сцепить всех между собой, — медленно проговорил Порш, чувствуя, как в голове начинает складываться схема. — Чтобы каждый думал: тронет меня — остальные зашевелятся.
— Именно, — кивнул Ментрор. — Тебе нужно встать в серой зоне. Не «чей-то форт», а «место, которое лучше не трогать, потому что оно всем по-своему выгодно». Людей у тебя мало, пушек тоже. Но если начнёшь так жить — с каждым днём взять тебя будет сложнее. Люди подтянутся, стволы появятся, Гильдия привыкнет, караваны пропишут тебя в маршрутах. Тогда любой штурм станет не «раздавили банду», а «снесли кусок инфраструктуры». Это уже не то пальто.
— А ты сам, — Порш прищурился, — почему это всё говоришь? Ты же их человек.
Ментрор сорвал травинку, прогнал между пальцами, оставив на коже зелёную полосу.
— Я человек дороги, — сказал он тише. — Гильдия была хорошим инструментом, пока жила. Сейчас половина там в бумагах захлебнулась. До чего дотягиваются — всё тухнет.
Он кивнул в сторону складов:
— Заберут твой форт на баланс, повесят печать — и всё. Первый год ещё побегают, наведут порядок. Потом отчёты, согласования, новые приказы сверху. Постоит, постоит и сгниёт. Как только стержень уедет в кабинет, место рассыпается. И разграбят его первым делом свои же, по бумажке.
Ментрор поправил ремень на протезе, проверяя крепёж.
— В Гильдии сейчас тихая война. Старики, что правила писали, держатся за кресла. Новые видят, что на трассе творится другое: маршруты рвутся, монстра звереет, рейдеры кошмарят. Одни хотят ещё больше бумаг, другие понимают, что оттуда, сверху, дорогу не видно.
Он стянул ремень туже.
— Власть нужна тем, кто ведёт рейсы. Не придёт из кабинета нормальный приказ, когда тебе в лоб лезут. Структура должна помогать, а не командовать из кресла, в котором жопу греют.