Двухсотметровая катапульта выплюнула Боинг, моментально разогнав его до 280 узлов. На скорости больше 700 километров в час Боинг со скрежетом пронёсся по рельсам взлётно-посадочной полосы, взлетел по трамплину и исчез в чёрном Портале. Дальше Боинг-777-Е летел в Пустоте.
– Опаздываете, уважаемый второй пилот, – рассмеялся капитан корабля Валенников, увидев Дмитрия. Он стоял в окружении бортпроводниц.
– Первый офицер, вообще-то. По международной классификации, – поправил его Дмитрий.
– Это же синонимы, – заметила стюардесса.
– Второй пилот Алохин питает слабость к забугорным словечкам, – капитан посмотрел на часы. Оставалось полчаса до вылета.
– Коммуникация на английском – международный стандарт для пилотов пустолётов, – Дмитрий тоже посмотрел на часы, невзначай показав более дорогой Роликс. – Не вижу смысла использовать советские термины, устаревшие ещё до открытия Пустоты. К тому же мы летим в Лондон, где, как известно…
Капитан отмахнулся и пошёл в телетрап, подсоединённый к пустолёту. Капитан Василий Валенников и второй пилот Дмитрий Алохин летали вместе в сотый или двухсотый раз, и каждый полёт спорили о терминологии.
Капитанская кабина пустолёта Боинга-737-Е почти не изменилась со времён, когда Боинга-737 был обычным пассажирским самолётом. Капитан сидел слева, второй пилот – справа. Перед каждым – штурвал и педали. Общая панель управления с радарами, оставшимися с самолётных времён. Разве что радар погоды заменили на радар азотных флуктуаций, а альтиметр – на дальномер, чтобы мерить не высоту, а расстояние до Портала прибытия.
– Димка, я ж в Лондон ещё на нормальном Боинге летал, – мечтательно протянул капитан. – Не по Пустоте, а по небу! Представляешь, летишь, а вокруг тебя – облака! Как в сказке. А сейчас как в чёртовом метро!
– В Пустоте глитчей нет, как в метро, – напомнил Дмитрий, открывая Руководство по Лётной Эксплуатации, чтобы начать предполётный брифинг.
– Не открыли бы эту чёртову Пустоту, может мы бы так и летали по небу….
– Как бы мы это делали без нефти, интересно? Начинаю чек-лист. Кислород?
– Нам поставили огромные батареи на фюзеляж, Дим. Их почему-то хватает на достаточную тягу двигателей, чтобы маневрировать в Пустоте. Глядишь, подумали бы наши инженеры ещё пару лет, и сделали бы батареи, чтоб на полёт в атмосфере хватало.
– Кислород? – повысил голос Дмитрий.
– Включён.
– Дисплей навигации?
– Работает нормально.
– Давление в кабине?
– Нормальное.
– Капитан, а что с дальномером? – Дмитрий заметил, что прибор показывает «-8».
– Так постоянно на этом самолёте, – заметил капитан. – Дальномер нам особо не нужен.
Пробежавшись по обязательным чек-листам, Дмитрий доложил готовность башне Шереметьево.
– Я пилотирую, правильно? – спросил Дмитрий.
– Да-да, ты.
– Капитан, соблюдайте формальную процедуру, пожалуйста.
– Самолёт ваш, первый офицер.
Лёгкий толчок – и тягач покатил пустолёт по рельсам к взлётной полосе.
– СУ тринадцать шестнадцать, вы третьи в очереди на вылет, – объявила дистпетчерка по радиосвязи.
– Принято, – доложил капитан.
Катапульта работала быстро, и уже через пятнадцать минут тягач отсоединился от шасси, а длинные щупальца автоманипуляторов вставляли стальные канаты катапульты в гнёзда у хвоста пустолёта.
– Закрылки? – капитал начал предвзлётный чек-лист.
– Опущены, – доложил Дмитрий.
– Стабилизатор?
– Включён.
– Электротурбины?
– Запущены на крейсерской скорости.
– Башня, СУ тринадцать шестнадцать к вылету готов, – доложил по радио капитан.
– Принято. СУ тринадцать шестнадцать к катапультированию готов, – поправила его диспетчерка. – Отпускаю пружину через пять. Четыре. Три. Два. Один.
Хлопок, и треть пассажиров падает в мгновенный обморок от перегрузок. Пустолёт разгоняется до 800 километров в час, взлетает по трамплину и исчезает в Пустоте.
Хотя Пустоту и прозвали Пустотой, атмосфера там была. Разряженная и состоящая на девяносто девять процентов из азота, но была. Разряженная как земная атмосфера в десяти километрах над землёй, что прекрасно позволяло летать бывшим самолётам – нынешним пустолётам.
– СУ тринадцать шестнадцать, переключайтесь на частоту Мумбая, – доложила дистпечерка.
– Переключаемся на частоту Мумбая, – повторил капитан. – Прошу подтвердить схему полёта для корректировки радионавигации в Пустоте.
– Ближайшие пустопорты по пути в Лондон: Мумбай, Сидней, Доха, Антананариву. Мумбай даст вам следующие радио-координаты. Приятного полёта!