– Нет, Башня. С вами говорит капитан СУ тринадцать шестнадцать, – вмешался капитан, принудительно отключив Дмитрия. – Шасси в порядке. Я слышал, как они открылись. Это комплексная неполадка системы двойного управления автопилотами и дальномера. Заходим на посадку вручную.
– Ручная посадка подтверждена, – отчитался диспетчер. – Вы прошли точку локализации слишком высоко.
– Speed! Speed! Speed! – заорало аудио-предупреждение.
– Сукин сын! – крикнул капитан и потянул штурвал от себя, опуская нос самолёта. Одновременно он потянул рычаг управления двигателями на себя, сбрасывая скорость электро-турбин, надеясь вернуться на запланированную траекторию посадки.
– Он ближе… Свет… – Миша касался носом иллюминатора, не мигая и любуясь приближающимися огоньками.
– Миша, сел в кресло быстро! – рявкнул Дмитрий, проходя чек-лист посадки без автопилота.
– СУ тринадцать шестнадцать, вы не на траектории посадки. Приказываю идти на второй круг.
– Нет! – закричал Дмитрий.
– Есть второй круг, – согласился капитан, включая двигатели на полную тягу и притягивая штурвал на себя.
Пустолёт прошёл в ста метрах над Порталом Хитроу. В километре над ними кружили три пустолёта, ожидая разрешения на посадку.
– Башня, пустолёты в очереди за нами докладывали о свете? – спросил капитан, полностью взявший на себя радиопереговоры.
– Никак нет.
– Так странно… – шептал Миша, вернувшись в кресло и теперь рассматривающий свои ладони. – Свет приблизился и исчез… Где он? Он вошёл в меня? У меня ногти как будто светятся…
– Миша, заткнись! – гаркнул Дмитрий.
– Дима, активизируй радиопередачу данных чёрных ящиков, – приказал капитан.
– Есть…
За пять лет полётов в Пустоте здесь не случалось катастроф. Но чёрные ящики продолжали всё записывать, как на старых самолётах. Конечно, в случае крушения пустолёта никто бы и никогда не смог найти эти ящики. Они упали бы куда-то далеко-далеко: к центру гравитации Пустоты, который по подсчётам учёных находился в трёх миллионах километрах под Южным Квази-полюсом проекции Земли в Пустоте.
Чёрные ящики автоматически передавали данные по радио-связи ближайшим пустопортам по ходу движения пустолёта, но в случае чрезвычайных ситуаций требовалось вручную проверять состоянии передачи данных.
– Башня, мы прошли точку локализации на скорости сто узлов, – сообщил капитан.
– СУ тринадцать шестнадцать, скорость подтверждаю, – ответили из Башни. – Но теперь вы слишком низко!
– Terrain! Terrain! Pull up! – заорало новое предупреждение.
– Так красиво… – продолжал рассматривать ногти Миша.
Кто-то пытался ворваться в кабину пилотов. Из-за закрытой двери раздавался голос старшей бортпроводницы:
– Мы сядем или нет? Сядем или нет? Пассажиры сходят с ума! Носятся по салону!
– Идите на третий круг! – сказал диспетчер, – Вы слишком низко! Сто метров над уровнем полосы!
– Terrain! Terrain! Pull up! – предупреждение заглушало голос диспетчера.
– Мы идём на посадку, – доложил капитан Башне. – Корректируем высоту.
– Seventy! Fifty! – раздавался машинный голос, отсчитывающий расстояние до трамплина, выходящего из Портала.
– Ныряй под Портал, иначе врежемся! – закричал Дмитрий и дёрнул штурвал от себя, роняя нос пустолёта вниз.
– Отставить, мы сядем! – крикнул капитан и дёрнул штурвал на себя, роняя хвост пустолёта и задирая нос.
Корпус пустолёта затрясся, а на панели управления загорелось табло «Конфликт Команд». Капитан толкнул штурвал сильнее и пересилил Дмитрия: соединительный рычаг между штурвалом Дмитрия и центром механического управления сломался.
Но было слишком поздно: пустолёт приближался к Порталу с вертикальным креном в тридцать градусов при норме в ноль градусов. Нос пустолёта оказался так задран, что капитан не видел взлётно-посадочную полосу. Возможно, автопилот смог бы посадить пустолёт с таким креном, но он не работал. И Дмитрий знал, что ни один, даже самый опытный капитан, не смог бы посадить пустолёт с закинутым на тридцать градусов носом без визуального контакта с землёй.
Пустолёт прошёл под Порталом, смачно задев его носом и снеся радиостанцию, оставив все вокруг летающие пустолёты без радиосвязи с Башней Хитроу.
– Мы падаем! – крикнул Дмитрий. – Нос повреждён!
Капитан и Дмитрий этого не видели, но Портал начал «мигать». Повреждения оказались слишком серьёзными, и Лондон то исчезал, то появлялся за кругом Портала.
– Знаю! – крикнул капитан. – Третий круг! Третий круг!
– Аэрофлот, вы в порядке? – спросил экипаж другого пустолёта на частоте Башни Хитроу.