— Я просто летающая голова, Илья, откудова мне знать, гля чо? Рука отсохнет там или ещё чего. Или ты съедешь с катушек и всех их здесь положишь, копать-хоронить. Да мало ли, гля. Не попробуешь — не узнаешь, гля чо!
— Слепота, паралич и вытягивание жизни, — с какой-то странной гордостью сказал оружейник.
— Чего? — хором спросили мы с Мортом.
— Эффекты проклятия. Но на вас, уважаемый Илья, подействовать не должно. Ну… я так думаю. Эту красотку на пустотниках не проверяли. Слишком редкий дар.
— Слепота с параличом навсегда? — спросил я оружейника.
— Нет, — не слишком уверенно ответил он. — Ненадолго. Вы, главное, рукоятку не обхватывайте, а просто ладонь приложите к ней. Тогда, если вас парализует, мы вас в сторонку отнесем. Ну и эффекты быстро пройдут, если к булаве не приклеиться. Одного так… хм. Неважно. А вот если не подействует, это будет значить, что вас сюда сам дух Межмирья привел! Такое оружие, как Ночная Погибель, имеет свою судьбу! Она давно ждёт достойного владельца!
— Давай, Илья, чего ты булки мнешь, толкать-пихать! На крайний случай мы с Шором за тебя отомстим, гля!
Шор на это заявление фыркнул.
Ну офигеть теперь. Маркетинг, конечно, так себе. И конкурсы подозрительные у этого тамады. Нахрен бы мне не сдались такие эксперименты. Надо вообще валить из этой лавки, пока эти двое еще чего-нибудь не придумали. Здравый смысл подсказывает…
Моя ладонь, между тем, легла на рукоять, с навершием из семи голов драконов. Здравый смысл как обычно пошел нахрен. В полной тишине прошло несколько секунд. И… ничего. Ладонь слегка покалывало.
— Странное ощущение, — сказал я. — Немного щекочет кожу, но и всё. Так и должно быть?
Зрители коллективно выдохнули.
— Да боги его знают, уважаемый Илья, как должно, — ответил оружейник, поглаживая бороду. — Но проклятие не работает. Я с радостью отдам вам эту реликвию за скромную сумму в пятьдесят золотых нумов.
— Ты гля чо… Ты хотел сказать за пятьдесят серебряных? Совсем заработался, номиналом ошибся, копать-хоронить?
— Я не с тобой разговариваю, ксар. Что ты лезешь в разговор уважаемых людей?
— Я вам говорил, — насмешливо выдал я, — это мой торговый представитель. Цену обсуждайте с ним. Но вообще я не вижу смысла торговаться при такой стартовой цене. Нет, так нет.
— Понял, дядя, гля чо. Торговый представитель! Так что давай ты скажешь, что пошутил, или что у тебя старческое слабоумие, и продашь железку за настоящую цену, рубить-таскать.
— Это зачарованное оружие! Здесь металл только стоит…
— Ну так походи по рынку, поищи другого покупателя-пустотника, гля! Ну или пусть твой «ночной горшок» и дальше паутиной зарастает, копать-хоронить. Или переплавь его на металл… а, он же неразрушимый, гля чо!
Стартовал яростный торг, в котором победил Морт. Он вцепился треугольными зубами в рубеж в один золотой нум и не отступал. Прям триста спартанцев на Фермопилах. Никакие мольбы, проклятия или аргументы оружейника на него не действовали. Ответ был один: оставь эту красоту себе, если не согласен с ценой.
В результате сошлись на том, что Ночная Погибель как бы подарок от фирмы за символический один золотой, но всё оружие и доспехи мы покупаем на Ярмарке только у мастера Фокберта.
И да. Моя банда заставила меня купить себе доспехи. Я выбрал набивной доспех, чем-то похожий на ватник. Но с кольчужной защитой локтей. Он хотя бы не стеснял движения.
ПРИБАРАХЛИЛСЯ
После посещения оружейника от моего «богатства» осталось три золотых нума и горстка серебра. А мы, считай, толком ничего и не взяли.
Приодели Шайю, купили ей какое-то копьё с загнутыми вдоль лезвия стальными усами и многозарядный арбалет.
Я теперь стал счастливым обладателем Ночной Погибели, пращи и полэкса. Ну и тактического ножа, конечно! Полэкс вообще был во все стороны заточен, копейный наконечник сверху, острое навершие на тыльной стороне древка, а под наконечником косплей монтажного молотка. Ухватистая штука, Шор обещал научить базовым приёмам с ней. Но, в принципе, всё и так понятно.
Берешь и хреначишь! Главное попасть.
КАРАВАН
Погибель с хлюпающим звуком покинула череп монстра, разворотив его окончательно. Фу, тля. Я, поморщившись, отвернулся. Никак не привыкну ко всему этому «кровь-кишки-расхреновертило».
Окинул взглядом поле боя. Напавшую на нас стаю уродцев добивала охрана каравана. Помощь никому не требовалась.
Мы третий день тащились с конвоем коробейников, и за это время нас уже шесть раз атаковали самые разнообразные твари. Шор был прав, мы вчетвером даже досюда бы не дошли.