Здесь были низкие потолки. Не выше двух метров, мне приходилось идти либо искривив шею, либо пригнувшись. Невысокий мужичок в ошейнике, одетый в кольчугу, с мечом у пояса, покосился на меня.
— Илья? — спросил он с ленцой.
— Ага. Он самый, — ответил я.
— Тебе на второй этаж. Кабинет в конце коридора, не ошибешься, — и он погрузился в творческое ковыряние в носу. Ответственное занятие, от которого я его, очевидно, оторвал своим появлением.
Слева от меня находился деревянный прилавок, за которым виднелись каморки с номерами наверху. В двух из них скучали карлики — цверги. На противоположной от конторок стене виднелась обитая металлом дверь с надписью «Касса». Ну чисто местное отделение сбербанка на минималках.
Я поднялся по лестнице на второй этаж. Прошёл по коридору и, распахнув двустворчатую дверь, украшенную символами богатства и процветания, попал наконец в кабинет к местному серому кардиналу. Потолки здесь выше не стали.
Если бы не зелье, я бы уже сорвался и с порога обложил бы восседающего за массивным столом коротышку тройным морским загибом. Но сейчас я просто впитывал в себя детали обстановки, расположение мебели, внешность карлика.
Этот мелкий засранец, сидя на высоком кресле-троне, делал вид, что чрезвычайно увлечён записями в лежащем перед ним фолианте. Но я видел посверкивание белков, когда он искоса бросал на меня изучающие взгляды. Я спокойно дошёл до стены, взял стоящий там в ряду стул, донёс его до стола и сел по диагонали от карлика, проигнорировав находящееся прямо перед ним массивное деревянное кресло.
Некоторое время тишина в кабинете прерывалась только шуршанием пера по бумаге. Наконец карлик вывел две прямых линии внизу страницы, под итоговой суммой, сыпанул на страницу песок, сдул его и наконец с шумом захлопнул свой талмуд. Чтобы посмотреть на меня, теперь уже ему приходилось выворачивать шею.
ГОСПОДИН РОЗЕНКРАНЦ
— Я не приглашал тебя садиться, человек, — скрипучим голосом заявил господин Розенкранц.
— Потолки здесь низковаты, — ответил я. — Стоять неудобно, вот я и сел.
— Сядь напротив меня. Я люблю смотреть собеседнику в глаза.
— Меня беспокоит люк, который расположен под этим креслом, — я не шутил. А ещё я сел так, чтобы не оказаться на одной линии с неприметными отверстиями в стене. — Вдруг он случайно откроется? Тогда я упаду. Лучше останусь здесь, так безопаснее.
Несколько секунд цверг молчал, затем слегка довернул своё кресло в мою сторону. Крутилась верхняя половина «трона». Забавная конструкция.
— Любопытно, — сказал он. — Чем обдолбался? Ни за что не поверю, что человек мог заметить ловушку цвергов.
— Конкретное название эликсира неважно, — ответил я. — Важно то, зачем ты позвал меня сюда, господин Розенкранц. Может быть, уже перейдём к основной теме разговора?
Глава 16
Господин Розенкранц и другие звери
Карлик поднял на меня свои ореховые глаза. Этот господин Розенкранц, мнится мне, из тех, кто и кабана сожрёт, и про муху скажет «тоже мясо». Вот сейчас он взвешивает, оценивает, что за забавная муха к нему залетела. Только я не муха. Скорее овод или даже шмель. Но с этим типом надо держать ухо востро. Он и шмеля, и овода прихлопнет, не задумываясь. То, что его самого по виду соплей перешибить можно, ничего не значит. Такие люди не марают рук, а нанимают для тёмных дел таких людей, как я. А за ними неодолимой для простого смертного силой маячит организация. Хамить, шутки шутить или угрожать сейчас не самая лучшая стратегия.
Я терпеливо ждал, пока цверг насмотрится. Наконец он откинулся на спинку стула, скрестил узловатые пальцы на намечающемся животике и неторопливо произнёс:
— Интересный ты человек, Илья. Провальщик. Дар пустотника от врат. Конфликтный, правда. Ершистый. Но и за себя постоять можешь. Вижу я, что с Лютым вам не ужиться. Жаль. Он тоже непростой. Чую, проблемы от тебя будут. И думаю, как их решать. Подскажешь что?
— Нет человека — нет проблемы, на это намекаете?
— Да сдался ты мне. Ты и сам прекрасно голову сложишь с таким отвратным характером.
Вот сейчас обидно было. Отличный у меня характер. Меня не трогайте — и я никого не трону. Был бы у меня брат, мы бы на обоих концах деревни никого не трогали! Но я счёл за лучшее промолчать. Молчание, может, и не всегда золото, но всегда ресурс.
— Давай начистоту. Что ты здесь забыл? История твоя кажется прозрачной, как воды подземного ручья. Провальщик с нестабильного портала. Нашли в руинах, выходили, продали. Ты вернул себе память, если вообще её терял, — он метнул в меня острый взгляд. — И приехал сюда… чтобы что? С местной стражей задираться? Отомстить? Каковы твои планы, Илья?