— Ты думаешь, то, что ты пустотник, даёт тебе право свысока взирать на магистра магии? Грубить ему? Что там тебе Рада наговорила? Я могу мгновенно испарить под тобой камень пола и вернуть его на место, когда ты провалишься по пояс. Сможешь такое отразить? Или приказать всему оружию в помещении атаковать тебя. Отмашешься своей чёрной булавой? Почему молчишь? Как уважаемого мастера «старой перечницей» называть, такой шустрый был. Болтал без умолку.
— Прошу прощения, шри Ананта, — я изобразил что-то среднее между кивком и «исполать тебе». — Был не прав по форме. Но не по содержанию. Я вам не подопытный кролик.
— Хорошо, — сказал он снова ласково улыбаясь. — Ищи брошку Радину. Найдёшь — забирай и уходи. Как понадобится тебе обратиться к магу моей квалификации, ты походи по рынку, поищи такого. И никаких экспериментов. Ты ж не кролик. Целый тигр, яростный. Давай, давай, чего глазами хлопаешь. Ищи «бранзулетку».
Опять меня старый магический хрен уел. Это мне от него что-то нужно. И просто так за красивые глаза мне никто ничего не даст. Обмен предлагается нехитрый. Его покровительство и возможно помощь на изучение моей «природы пустотника». А ещё он прав в одном крайне важном моменте. Меня занесло. Невесть с чего я, победив пару монстров и накостыляв бандитам, решил, что мне море по колено. Надел корону чемпиона, даже в турнире не участвуя. Этот же «Хоттабыч» даже пострашнее банкира будет. Сама обстановка, лестница эта бесконечная должны были меня предупредить об опасности шутить свои шуточки и хамить старику. Если подумать, передо мной всё время находилось зримое подтверждение могущества Ананты. Личного могущества! Это у меня в мире: будь ты хоть генерал МВД, хоть негр преклонных годов, а всё из мяса и костей. Все уязвимы. Мне же только что очень наглядно дали понять, что этому «генералу» подчиняется сама реальность. Жутковатый старичок-то, если отбросить все эти щербет-рахат-лукумы. Понятно, что это не повод прогибаться перед ним. Но получить что-то на халяву, не учитывая его интересы, не получится.
Предаваясь этим невесёлым размышлениям, я занялся поисками бабкиной броши. Задача, надо сказать, предстояла нетривиальная. Когда я сказал, что платформа была немаленькая, я имел в виду «размером с половину футбольного стадиона». Столики, шкафчики, бюро, пуфики… их здесь были десятки. И на каждом навалом валялось всякое барахло. Кроме того, я хорошо запомнил подлянку старика с «астральной клятвой» и старался не прикасаться ни к чему в комнате, кроме ковра и подушек. Не зря он поставил такое условие. Взяв за ориентир стеллаж с глазастой энциклопедией, я методично… в общем, я как дурак слонялся от одного столика к другому, убрав руки за спину и тщательно разглядывая лежащую на них мишуру. Со стороны я, наверное, был похож на посетителя Эрмитажа. Ну если очень издалека смотреть. И не на мою рязанскую физиономию.
Спустя полчаса такой экскурсии шея и спина затекли, а глаза начали слезиться. Мозг офигевал от количества просмотренных «экспонатов».
Паскудный Хидимба уже дважды подворачивался мне под ноги, я чуть не рухнул мордой прямо в кучку очередных украшений и баночек, расположившихся на круглом полированном столике. Попахивает шельмовством!
В третий раз я был готов и от души пнул паскудника, так что даже тапочек войлочный слетел. Хидимба, ехидно хихикая, кувыркнулся через голову, а маг никак это событие не прокомментировал.
Однако мелкий пакостник стал держаться от меня подальше. В какой-то момент я заметил, что он сложил все предметы с поверхности столика в плоскую шкатулку и начал независимо обмахивать её метёлкой из серых перьев.
— Нет, ну так нечестно! — завопил я, уже по ходу дела осознавая, как по-детски звучит эта претензия. — Твой домовой-мутант, шри Ананта, вещи перекладывает! Я так никогда ничего не найду. Если в том и была задумка, ты скажи, уважаемый. Да я пойду, пожалуй, по своим делам.
— Быть того не может, чтобы мой верный слуга нарушил условия заключённой мной сделки, — в голосе Ананты звенел лёд. — Ведь по условиям задачи очевидно, что искомая брошь лежит где-то снаружи! Не так ли, Хидимба, сын пустынного шакала и болотной жижи?
Хидимба с показным вздохом откинул крышку. Подойдя поближе, я тупо уставился на серебряную сову, подмигивающую мне изумрудным глазом. Она лежала прямо поверх каких-то браслетов-амулетов, ожерелий, заполнивших шкатулку. Карлик опустил голову, но его губы шевелились, отчётливо артикулируя: «Старый козёл». И выглядел он подозрительно довольным. Ну и компашка у них здесь.