– Что пишут?
– Кардинал срочно собирает всех инквизиторов для важного объявления.
– Это всё?
– Это всё. Но чтобы это не было, это не к добру. Поехали.
Прибыв в Холи-Грейтнесс, перед инквизиторами предстала Церковь Святого Безымянного. Невзрачная деревянная церквушка терялась на фоне хвойных деревьев парка, в котором она стояла. И в вечернем мраке лишь тёплый свет её окон подсвечивал её для путников. Но сегодня проход для них был закрыт.
Зайдя внутрь, Алан и Александр перекрестились и увидели перед собой столпотворение. Священники и множество инквизиторов ожидали услышать слово кардинала. Несмотря на количество народа, что теснился среди свечей, икон и статуй, здесь была абсолютная и умиротворённая тишина. Когда кардинал вышел к алтарю, его голос эхом прокатился по всей зале.
– Братья и дети мои! Наш злейший враг перестал прятаться и нанёс по нам тяжелейший удар! Второй Собор Святого Петра был атакован. Триста сорок три священников и монахов погибли. Тридцать четыре из них были инквизиторами. Погибло два архиепископа. Благо, Бог уберёг Папу Римского, ведь тот не находился в этот чудовищный день в Соборе. Атака была совершена ночью, так что среди гражданских нет потерь. Но это значит лишь одно. Нам объявили войну!
После этого высказывания кардинал замолк, смотря за реакцией инквизиторов. Многие начали перешептываться, спорить. Но некоторые стояли молча и ждали дальнейших указаний. Взгляд кардинала скакал по молчаливым, игнорируя болтунов. Среди них были Тэнэлукем, Александр и Алан. Молодой инквизитор вторил кардиналу, пытаясь запомнить всех, на кого пал глас. Уж слишком проницательны были глаза кардинала.
– В связи с этим... – снова начал говорить кардинал более мощным тоном. Все тут же умолкли, – Папа Римский и наш благочестивый король дали своё благословение на крестовый поход против одержимых Дьяволом супостатов. Мы найдём их логово! Сожжём всех демонов! И очистим наш дом от греха, что заполонил улицы, пробираясь в слабые умы наших братьев и сестёр! За нами стоит Бог, а в ночи, когда зло готово нанести удар, путь нам освещает Хонсу! Мы уничтожим зло! Аминь!
Большинство инквизиторов подобно солдатам или воинам, жаждущим битвы, начали ликовать. И лишь немногие молчали, непонимающе оглядываясь. Алану казалось всё это диким. Противоречащим постулатам Инквизиции. Церкви. Каждый инквизитор знал три слова, которые его должны вести в бою: "Хладнокровие. Расчёт. Вера". И видеть, как собратья так легко пали предвкушению битвы было больно для Алана. Ведь он понимал, что крестовый поход – это трагедия, где множество людей будет убито. Не только инквизиторов. Но и гражданских, самих одержимых, каковы бы они не были. Он вспомнил снова ту девочку. Ему стало страшно, что таких детей станет только больше. И что они будут также скрываться среди обычных людей, храня глубоко в душе злобу и ненависть ко всему живому вокруг. Отец Александр разделял его опасения. Это было видно по его взгляду, выражавшему разочарование в окружающих.
Уже в машине, когда двое инквизиторов ехали домой, Алан спросил у учителя:
– Что думаете, отец?
– Думаю, грядёт страшная битва.
– А про то, что было в церкви?
– Я уже видел такое. Кардинал проверял нас. Отбирал самых стойких и спокойных для самой важной миссии. Ты справился. Большинство – нет.
– А я уж подумал, что кардинал сам позабыл, как должен вести себя инквизитор, – усмехнулся Алан.
– Кардинал прекрасно знает, что многие из нас лишь кажутся инквизиторами. И большую часть времени у них получается. Но в тяжёлые моменты они ломаются. Или после них. Каков бы силён человек не был, когда ты борешься против одержимых, твоя голова должна быть холоднее льда. А если тебя так легко вывести на эмоции...пусть даже положительные, то тебе не стоит драться с противником, что только и ждёт этого.
– Что же будет с теми, кто не прошёл тест?