Ещё через день был начат ритуал, который был в почёте абсолютно у каждого рода каирхатсу. Вызов Барону. Новый барон, победивший в дуэли старого, должен был принять вызов любого достойного каирхатсу, что претендовал на его место или был не согласен. Поскольку Эш становился Верховным Бароном, на такое событие прибыли все рода каирхатсу и все остальные бароны. На огромной площади собрались тысячи каирхатсу, что стояли вокруг подиума, где Эш ждал боя. Бароны не осмеливались бросить вызов тому, кто одолел Кайтмира. Они уже видели, на что способен будущий Верховный Барон. А сомнений в стратегических способностях «гордости Кайтмира» тоже не возникало. Из-за этого и остальные каирхатсу не готовы были выйти с ним один на один.
– Что? – обращался громко к толпе Эш, – Не уж то никто не осмелиться сойтись со мной в схватке? Не уж то все согласны с тем, что Я буду Верховным Бароном?! – несмотря на многочисленность каирхатсу, на площади царила тишина.
Энди с братом и сестрой стояли подле подиума, как и бароны. Игнавус выделялся среди всех своими размерами. Он посмотрел на пацана, на котором лица не было. Хоть на огромном примусе был шлем, Энди всё равно казалось, что он злорадствовал.
– Я не согласен! – вдруг выкрикнул Энди своим детским голосом. Атон и Риса, стоявшие позади, изменили свои мрачные лики на скептичные улыбки. Но никто более его не услышал. Поэтому Энди вышел на подиум и прямо перед братом повторил, – Я НЕ СОГЛАСЕН! – после раздался хохот и перешёптывание, что волной начали распространяться по всей толпе. Не смеялись только бароны и близнецы. Но и в их глазах юный сплендид тоже видел насмешку. Сукуинуши и Пураидо, что стояли среди толпы, начали волноваться за своего господина, что было видно по их ликам. Всем своим видом они говорили ему: "Не надо. Ты просто умрёшь!". Но Энди вспомнил слова своего брата: именно он должен его остановить. Поэтому он был решителен. Увидев эту решительность, Эш поднял руку. Тишина воцарилась.
– Почему ты не согласен, брат?
– Ты убил нашего отца! Мать! Почему? Из-за власти? Тогда ты уже не Эш Сплендид!
– Наш отец хотел погубить Энненур, развязав войну с Вратами лишь из-за гнева, что разъедал его душу. Бароны Пустошь были тому свидетелями.
– Поэтому ты его убил? Ты мог с ним поговорить! Переубедить!
– Ты глуп, если думаешь, что я не пытался. Нашего отца никогда нельзя было ни в чём переубедить. Он был непоколебим как Свет Хонсу.
– Но потом ты убил маму! Свёл её с ума! И убил! Я никогда тебе этого не прощу! Ты монстр!
– Стало быть, ты бросаешь мне вызов?
– Да! – кто-то из каирхатсу снова хотел начать смеяться, но один жест Эша тут же заткнул его.
– Тогда нападай. Посмотрим, чему ты научился.
И Энди напал. Клинок, состоявший из разогнанного зацикленного ветра, направился в сторону брата. Но брат просто отбил атаку своей рукой. Кожа стёрлась, обнажив металл. Той же рукой Эш нанёс удар, откинув брата, а затем поднял руку. Полиморфибра стала слезать с его тела, и Эш промолвил громко:
– Посмотрите! Посмотрите те, кто сомневаются в праведности моего решения, ЧТО Кайтмир сделал со мной, – часть толпы, что составляли сплендиды, была ошарашена, – Сплендид, в чьём теле меньше органики, чем в инфините. Пороча наши заветы и идеи ради своих собственных эгоистичных желаний, Кайтмир показал, что не может быть Верховным Бароном!
Энди с гневным криком снова пошёл в атаку, бросая ветряные лезвия в эндоскелет. Старший с лёгкостью уклонялся, постепенно сближаясь. Затем он нанёс беззаботный удар, от которого младший присел и попытался сбить с ног брата. Но хром и сталь не поддались лёгкой ножке ребёнка. Эш пнул его ногой, что аж Энди подлетел.
– Отец заключил сделку с дьяволом. Пустил в дом хромовое чучело. Позволил ему называться сыном своим и решать внутренние и внешнеполитические вопросы. А потом решил сжечь весь Энненур из-за трагедии трехлетней давности. И его честь ты пытаешься защитить своим глупым самопожертвованием?