– Так меня ещё никто не называл, – пророкотал хриплый рык за решёткой.
Здоровенный примус, обколотый золотом по всему лицу. Также на лице было множество маленьких отпиленных рожек, свидетельствовавших, что раньше он был бестианидом. У него была мерзкая мешковатая и сморщенная шея, на которой был изображён позолоченный гарпун. Ну и конечно, он был в треуголке, которая странно смотрелась на фоне его свободного льняного одеяния. Это и был Турбис. К нему подоспели два подопечных.
– Эти трое меня не интересуют. Мне нужна личинка. Она пойдёт со мной.
Взойдя на капитанский мостик, Турбис приказал снять кандалы с Энди и посадил его на роскошный стул из дерева, обтянутый кожей. Помимо штурвала и ещё нескольких декораций, поставленных в дань пиратам былых морей, всё остальное помещение было заполнено разного рода датчиками, сенсорами и панелями управления. Это всё, однако, умудрялось сочетаться с дорогой древесиной. За штурвалом был венатор, у которого вместо глаз был бинокль. Ещё парочка ему помогали. А за ними стоял массивный лакированный стол с креслом, на которое и уселся Турбис перед Энди.
– Скажу прямо, – сложил он руки перед собой, – Ты в жопе, малышка-сплендид. Батя помер. Брат изгнал. А теперь ты узник у того, кого твоя семья лишила сына. Я вот только сижу и думаю, как с тобой поступить? Мог бы и отпустить. Ссоры с твоими родными были – не с тобой. Но ты убил двух моих ребят. И угробил две мои лодки. Забыл, что папаша не прикроет твою спину больше? – пират будто бы нападал на Энди, продолжая сидеть на месте.
– А я причём? Твои рейдеры сами это заслужили. Ограбили женщину. Хотели сделать с ней...всякое. Мы помогли. А сына ты своего потерял из-за того, что продался Вратам.
– А? Чё? Вратам? Ха-ха-ха! За кого ты меня держишь, опарыш сплендида?
– За вора, грабителя и убийцу, помешанного на теме пиратства.
– Хе-хе-хе, смелости тебе не занимать, малец. Хотя, может ты просто тупой от малости своих лет. Но это неважно. Врата никогда бы и ничего у меня не попросили. Поскольку они знают, что мне платит Игнавус.
– И...Игнавус? То есть...
– Да, личинка. Как твои тупорылые бароны во главе с твоим папашей это могли пропустить – я не знаю. Только твой брательник оказался поумнее рептилоидной обезьяны, грохнув полоумного старика. Странно, что ты жив после позора, который навлёк на семью Греусов Сплендидов. Может, твой братишка видит в тебе некую ценность всё ещё, а?
– Не знаю, – Энди всё ещё не мог до конца переварить всё. Внутри начала закипать злость, но он подавил её в себе. Нельзя было терять контроль, – Но видишь ли ТЫ ценность во мне?
– В ТЕБЕ? Я? Не смеши мои пятки.
– Да ладно, Турбис! Подумай. В твоих рядах обычно кто оказывается? Жалкие отбросы примусов, венаторов, арахнид, которые готовы пойти на что угодно, чтобы выжить. Если бы не предательство женщины, которой мы помогали, мы бы укатили вчетвером. С кучей тонитрума. А твои балбесы остались бы с жопой.
– К чему ты клонишь, малец?
– Да к тому, что в твоих рядах может оказаться опытный воин и стратег. Титанид. Ну и разумеется, маленький сплендид, обладающий частью тайных знаний Арсии.
– Хм...Хе-хе-хе-хе. Настолько не хочешь умирать, сплендид, что даже готов работать на меня?
– Для меня больше не имеет значения, что ты сделал с моим братом. Ведь у меня в планах сделать с ним кое-что похуже.
– А-ха-ха-ха-ха! Как же смешно это слышать от личинки, вроде тебя! – резко встал Турбис, – Но ты действительно умён не по годам...Может и будет с тебя прок...Если только...
Раздался выстрел. Первым, у кого оказалась расплавленная дыра, вместо лица, оказался штурман. А затем ещё двое. Турбис упал на пол вместе с Энди. И вовремя. Поскольку в гигантском а.ларе раздался взрыв, и он пошёл набекрень.
– Какого гломуса?! – вскрикнул капитан и начал двигаться к выходу, прижимаясь к полу, дабы его не задело лучами, – Навигаторы, канониры, что за чертовщина?!
Энди следовал за ним. Турбис хотел выйти на палубу, но, завидев лазерные лучи, прожигавшие его "матросов" за несколько километров, он быстро отказался от этой идеи. На корабле происходил полный хаос и безумие. Турбис постоянно что-то кричал, рычал и приказывал, пока лазерные лучи даже сквозь обшивку и корпус корабля прожигали всё и вся вокруг. Вдруг он осознал: