– Обычно короля принято приветствовать со всеми почестями. Поскольку ты моя сестра, то можно и без почестей. Но игнорировать Его величество – вершина неуважительности.
– Вершина неуважительности – видеться со своей сестрой раз в неделю и вести себя так, будто она на официальном приёме!
– Что ж, у тебя начался тяжёлый период, не спорю. Но это не значит, что можно себя вести неподобающе королевской крови.
– Да причём тут какой-то "период"? Я уже не помню, когда мы просто общались на отвлечённую от политики и нравоучений тему!
– А что же ты думаешь, я буду тебя развлекать, когда под моим управлением целая страна? Или ты думаешь, я тоже не переживал такое с отц..., – Анрих остановился и спокойно выдохнул, – Кажется, мы начали не с того конца. Как проходит учёба? Как твои способности?
– Ох... нормально.
– Есть у меня некоторая любовь к столь многозначительному и универсальному ответу. "Нормально"... столько кроется за этим словом, – Элис проигнорировала этот выпад, – Твой старший брат так любил показывать родителям, что определённо что-то НЕ нормально. Эх... гены – удивительная штука!
– Я не знала старшего брата, так что мне нечего ответить.
– М-да, это горестно. Удивительной доброты и смелости был человек. Иерал хотел объединить нас с каирхатсу и высшими, заселить Умбенур и даже отправиться на Хонсу! представляешь?
– Нет.
– Я ещё ему говорю... – Анрих будто специально не замечал недовольное лицо Элис. Так что ей приходилось пересматриваться с Дэвидом, что сдержанно улыбался, – Даже если это каким-то образом получиться, как мы будем вместе уживаться с этими мутантами? У нас только беженцы сколько проблем создают! А этот разговор, на минуточку, был ещё до Великого Покушения. А он такой: "Терпение и понимание". Ха-ха! Такие наивные глупости... Прямо весь в мать! Мне иногда не хватает их обоих...
– Да... может быть, Иерал не запирал бы меня во дворце на несколько лет и не игнорировал моё существование, оправдываясь работой.
– Тебя прямо-таки заело, посмотрю. Ну вот что ты от меня хочешь? Скажи прямо.
– Я хочу на Фестиваль Древних. Выбраться из этих стен.
– Чем тебя наши сады не устраивают? Они не за стенами.
– А за забором. И не нравятся искусственностью. И стражниками.
– От гвардейцев ты никуда не денешься, моя дорогая. Я не посмею, чтобы что-то ещё случилось с нашей династией.
– Да как будто бы отец не был защищён. Столько стражи, а в итоге всё равно пылью по ветру пошёл вместе со всеми! – от грубости принцессы у слуг чуть глаза не выпали. А Анрих опешил.
– Ну знаешь, маленькая леди, подобного уважения я не потерплю!
– Какого неуважения? Я сказала, как есть!
– Цыц, малявка! Если не знаешь, что твой гнилой язык несёт, так и не открывай свой ротик! После таких слов тебе не то, что на Фестиваль, тебе ВООБЩЕ из дома я не дам выходить. Будешь сидеть и учить историю древней литературы, – Анрих встал из-за стола, – А Дэвид проследит! – затем повернулся и ушёл, оставив злую от несправедливости Элис одну за столом.
Под ночь, когда Элис сделала все уроки, Дэвид готовил её ко сну. Разумеется, принцесса не могла сдержать свою злобу на братца, выплёскивая всё на дворецкого:
– Ну что за глупость? За что я наказана? За то, что хочу из дома выйти? Или то, что вспомнила отца? Я не понимаю!
– Полагаю, Ваше высочество, гнев Его величества был вызван скорее вашим непочтительным тоном к гибели короля Уильяма. Всё-таки, это ваш отец. Стоит выказывать ему уважение, какая бы смерть его не постигла.
– Вспоминая отца, я не помню ничего, кроме таких вот "официальных приёмов". И теперь Анрих такой же!
– Такая должность накладывает огромное множество обязательств, которые непременно и сильно влияют на жизненный уклад. Постарайтесь понять вашего брата. Для короля он молод, и ему тяжело. Никто из равных не может дать ему совета или поддержать. Вы – единственная его опора.