– КОГДА МЫ СТАНЕМ ЕДИНЫ, НАШИ ТВОРЕНИЯ НЕ БУДУТ СТОЛЬ ТРИВИАЛЬНЫМИ. МЫ НАДЕЛИМ ИХ ПОЖРАННОЙ ДУШОЙ И НАПРАВИМ НА СВЕРШЕНИЕ ИСТИНЫ.
Из его полостей змея начала струится жёлтая фибра. И он выпустил луч прямо в девочку.
Мэри проснулась в уже привычном ужасе. Когда кошмары повторяются столько раз, они, хоть и мешают спать, но не вызывают резкого отклика. Так вышло, что она пробудилась тогда, когда Карл уже собирался на охоту. Поскольку в доме была только общая комната и комната Карл, он заметил Мэри при выходе.
– Доброе. Как спалось?
– Как всегда... Зачем спрашивать?
– Вдруг однажды ты поспишь нормально. И у нас будет праздник.
– Если он устанет устраивать мне кошмары, то можно.
– Что в этот раз?
– Показал мне мой тестуануром. Я чувствую себя хорошо и спокойно. А потом накинул на меня какое-то чудище, похожее на ледяного дракона.
– Изобретательно.
– Гадко.
– Это тоже. Пойдёшь на охоту?
– Нет. Я ещё посплю. А потом пойду к Кимео, раз уж ты разрешил.
–То есть, всё-таки к Кимео?
– Да... Нет! Ты понял...
– Да, понял. Спи, соня.
Проснувшись во второй раз, Мэри снова пошла к своему ручейку. Уже полностью протрезвив разум от сна, она задалась вопросом, куда это её учитель пошёл. Ведь он поймал вчера целого оленя. Тут она хмыкнула самодовольно, вспомнив, как однажды попала оленихе в голову с дерева. Но не став морочить себе голову делами учителя, она принялась снова за безнадёжные попытки сделать цветок. Именно его она хотела сделать, потому что считала, что пока он не получится, у неё не получится ничего. В том числе, ледяной дракон. И, конечно, она ожидала Кимео.
Но пришёл не он. Ларей, сложив руки сзади, бесшумно подходил к девочке, с интересом разглядывая её попытки около речки. Мэри его заметила, но не подала виду, продолжив упражняться в искусстве.
– Знаешь, хоть и лёд – холодная стихия, это не значит, что для неё не нужны горячие эмоции, – подметил мужчина, встав в нескольких шагах. Мэри его проигнорировала, – Теория и практика нужны, но они не заменят тебе чувственное познание. Это лишь инструменты. А чувства – наш ментальный ресурс, – Мэри продолжала игнорировать, – Кажется, для тебя это несущественно..., – удручённо предположил Ларей.
– Нет. Мой учитель сказал держаться от вас подальше
– И почему же?
– У вас имя ненастоящее.
– Так и что же? Всем иногда хочется оставить своё прошлое позади. Думаешь, имя твоё учителя настоящее? Я не слышал не о фамилии, не о клане "Неймлесс". А я много кого успел повидать. Да и что это за имя такое? «Карл»? Мы в десятом веке?
– Вы знаете моего учителя?
– Нет.
– Тогда откуда знаете его имя? И он знает ваше настоящее?
– Твой учитель – известная персона в определённых кругах. А вот меня он знать не может. Скорее всего, быстро понял, что моё имя выдуманное. Тебе показать, как создать цветок?
– Ну... покажите.
Ларей осторожно подошёл и попросил руку ребёнка. Мэри недоверчиво её дала. Ларей начал управлять ей, словно кистью, вырисовывая причудливые формы из воды, которая окутывалась холодом.
– Понимаешь...если ты не будешь давать себе волю, ты будешь лишь бледной копией самой себя, – рукой и фиброй Мэри Ларей вылепил нежнейшую маленькую розочку из льда. Она была такая тоненькая и ювелирная, что Мэри не верила глазам, – И в твоём искусстве не будет души. А мастерство невозможно, если не вложить в него свою душу.
– Я не могу давать себе волю, – сурово ответила девочка, отдёрнув свою руку, – Значит, мне не суждено творить.