Карнифекс и Мэри в сопровождении толпы подошли к какому-то древнему храму. Интересно было, что даже пленников тоже привели к этому месту. Оглядевшись, Нейт заметил несколько странностей: сын Карнифекса почтительно держал на руках Элис, что только начинала отходить от звукового шока; здесь не было совершенно женщин и детей – только воины. Лагерь хоть и был большой, но не тянул на город ни капли.
– Судя по всему, весь этот лагерь создан вокруг этого храма и сталагмитов, – предположил отец, словно прочитав мысли Нейта, – Жалко, что с нами нет сорванца. Он бы объяснил, что это за место.
– И что это за сталагмиты такие. Смотри-ка, личики-то у мутантов помрачнели.
– Парни, как вы вообще можете о таком думать, когда наши жизни стоят на кону? – голос Карелин дрожал. Её тоже связали путами и держали на мушке, как и остальных.
– А ты не привыкла? – с улыбкой вернул вопрос Нейт, – Мы так постоянно уже.
– К чему страшиться? От нас ничего не зависит. А если это последние минуты нашей жизни, то хотелось бы их провести в созерцании и размышлениях.
– Отец Александр! Не говорите так! У Мэри всё получиться! – воскликнула Карелин.
– Я тоже молюсь об этом.
– И я... – закончил Нейт, обратив внимание, что Алан тоже выглядел почему-то взволнованным.
Каменный храм был несколько возвышен над землёй и нетривиален по форме. На его колоннах портика были вырезаны иероглифы гоуона и другие непонятные символы. Стены его чередовались с теми же отростками, создавая впечатление, что здание поглощается зубастой пастью. Когда Мэри и Карнифекс взошли по длинной лестнице, то бестианиды упали на землю в глубочайшем поклоне. Некоторые шептали молитвы на гоуоне. Карнифекс что-то прокричал напоследок, из-за чего его народ встал и прокричал хором в ответ. Мэри напоследок оглянула свой товарищей с нерешительностью. Нейт ей улыбнулся и кивнул, но ей легче от этого не стало.
А внутри храма – ничего. Только платформа–лифт, встав на которую, дуэлянты начали спускаться вниз по цепи. Внизу же была тёмная бездна. Стены её состояли из всё того же материала – колоссальных шипов, переплетавшихся друг с другом. Свет Хоуку отдалялся по мере спускания вглубь, но на стенах загорелись разноцветные руны, что облепляли всё вокруг. Три цвета, три фибры – золотой, бирюзовый и голубой. Вся эта фибра была знакома Мэри. И это её испугало.
– Если одержишь победу, мои люди сделают всё, что угодно для тебя, – вдруг заговорил Карнифекс совершенно по-другому: его лингуа был идеальным, а голос галантным и размеренным, – Если проиграешь, в лучшем случае, твоих друзей сожрут. Принцессу, однако, не тронут.
– Почему ты... Ты умеешь нормально говорить на лингуа?
– Конечно. Я – барон. То был лишь мой образ. Бестианиды – страшные животные. И их лидер должен быть ещё более страшным животным. Но всё же – барон – это в первую очередь, политик.
– Что это за руны? – спросила девушка, когда знаки появились на их телах.
– Сейчас узнаешь, – Карнифекс готовил свой цеп, наматывая цепи на свою руку.
Лифт остановился. И перед Мэри открылась площадка. На камнях были вырисованы рунические полукруги, что опоясывали одну точку. Нечто, что стояло вдали. Это было что-то схожее со сталагмитами. Но в шипастом месиве Мэри разглядела что-то гуманоидное. Были видны длинные руки и ноги, стоявшие на коленях. Что-то, что было головой. Девушка отчётливо различала глазницы. Оно было разрезанное на шесть частей. Мэри, казалось, что она знает, что это. Это вызывало у неё ужас. Но тем не менее, ужас не окликал ничего из её нутра, как это происходило обычно.
– Всё вокруг, что ты видишь – финалум,– Карнифекс прошёл вперёд. Мэри же оставалась на месте, – Материал, что не существует в природе. Не существует во вселенной. Он пришёл к нам вместе с ним. С… этим...Anular, – голос Карнифекса вздрогнул, – Первым daemar.
– Опустошитель?
– Ты знаешь, кто это? Удивительно. Лишь избранным предкам Великих Шести дано это знать. Впрочем, в твоём случае, это не так удивительно.
– Ты один из этих предков?
– Да. Всезнающий Обират – начало Пути Родов бестианид и инсаниан – был убит здесь. Разорван на части этим монстром, как он сделал с сотнями нашими предками, – Мэри слышала эту историю, но теряла концентрацию не из-за этого. Какое-то давно забытое чувство пришло к ней, что уводило её разум вдаль, – Anular тогда показал нам, что такое истинный кошмар. Что такое животное и поглощение. После победы над ним, Мисера распустила здесь свои семена, а бестианиды поклялись защищать эту тайну о трагедии. И эти земли, чтобы никто не пробовал пробудить спящий вечным сном «кошмар». Память об Anular заставила нас испытывать вечный страх, который мы, однако, обернули против наших врагов. Став частично тем, что мы так страшимся и ненавидим.
Мэри совсем перестала слышать Карнифекса. Чудовище, о котором он рассказывал, совсем её более не тревожило. Её вообще больше ничего не тревожило. Ничего не было слышно в чертогах её разума. Шёпот ушёл. А её сознание было кристально чистым. И...полностью её. Мэри ощущала, как потоки фибры струились сквозь её тело. Как оберегавшие это место руны давили мощной и древней энергией зло, что таилось в её душе. Как наверху суетились и волновались её друзья. Эта чистота, эта свобода, о которых она успела давно позабыть, хлынули на неё так внезапно, что она распласталась в улыбке и в счастливых слезах. Её даирокан и фалтум перестали подавляться неведомой силой.
– Почему ты плачешь? – заметил Карнифекс, оборвав свою лекцию.
– Потому что...я...свободна! – в экстазе ответила Мэри с придыханием.
– Что ж, это только подтверждает мои догадки. Я рад, что в твои последние мгновения ты будешь свободна!
Могучий цеп в момент как выстрелил на несколько метров в Мэри, но для неё теперь это была вечность. Её движения были так легки и быстры, как если бы она всю жизнь носила гири на ногах. Но теперь она была свободна. Карнифекс со злобой и рвением обрушивал один удар за другим, оставляя продавленные следы в каменной породе своим орудием. Мэри не пыталась контратаковать. Не следила за ним. Она наслаждалась собою настоящей, скользя как на катке по земле. Это чуть не привело её лицом к цепу, которым виртуозно управлял барон. Воздвигнутый ледяной щит даже не растрескался от такого удара. Ош стал сильнее. Осознав это, Мэри поймала цепь щитом, заморозив её, а затем расколов всё вместе. На её лице промелькнула улыбка, а в руке появилась искра, и молния поразила бы Карнифекса, если бы он не поставил энерго-щит. Женщина пошла на сближение, уворачиваясь от выстрелов. В притык Карнифекс хотел её рассечь трёхметровым энерго-лезвием, но Мэри проскользила под ним. Ледяной клинок вышел из её руки, снова, однако, попав в щит. Карнифекс использовал вспышку. Она подействовала на Мэри, лишив её слуха и зрения на какие-то секунды. Но Даирокан спас её от вонзившихся в пол клешней, дав возможность Мэри схватить каирхатсу ледяными оковами за руку. Карнифекс высвободил из своего сопла луч, что освободил его и направил во врага. Мэри этого и хотела. Толстая ледяная масса вцепилась во внутренности гигантской клешни. Луч не мог прорваться через постоянно регенерировавший лёд. Клешня перегрелась и взорвалась. Мэри сразу отпрыгнула, а Карнифекс, посмотрев на свою израненную культю, зарычал. С рыком кости начали рвать его плоть, выходя из всего тела. Кости из предплечий напоминали лезвия. С новой силой барон одним прыжком добрался до девушки. Скорость его атак была слишком быстра, чтобы уворачиваться, поэтому Мэри приходилось отбивать всё клинками. Только фибра помогала ей сдерживать его гигантскую силу. Два дуэлянта обменивались финтами и пируэтами, однако Карнифекс больше нападал, не обращая внимания на мелкие ранения, которые успевала наносить Мэри. Впрочем, эти царапины не доставляли ему никаких неудобств. В момент он промазал в пол. Мэри начала мощную контратаку. Её клинок засветился и раздался инеем. Карнифекс с породой и землёй вырвал кость, зарядившуюся оранжевой фиброй, и атаковал в ответ. От такой мощи ледяной и костяной клинки взорвались. Осколки поразили тела обоих. И поединок на момент остановился.
– Даже будучи лишённой силы, с которой ты одолела Диаблоса, ты сильна. Рес-Новаэ и Игнавус хотят заполучить тебя как частичку пазла, что необходима им для Прибытия Края. Для свершения нашей Формы и обретения бессмертия в новом мире. Но я не стану им помогать. Ведь каждый скелет, что висит на финалуме – жертва слуги Края. Вот судьба тех, кто "не достоин" Совершенной Формы. Умереть в муках от чудовищ, что, якобы, должны спасти нас. Ты знаешь, что ты одно из этих чудовищ?