— А может, мне очень даже по душе все эти круги ада в детском саду, с манной кашей и горшками под кроватью? — Тестовый Образец ухватился за Всевышние пальцы и высунул острый нос. — Может, я хочу украдкой щипать за попы одноклассниц в старшей школе, прогуливать лекции в универе, влюбляться, делать детей и потом их любить, когда они родятся? Нельзя ли как-то подправить в том месте, где про «печальна и коротка»?
— Нет, — Творец сурово сдвинул брови и покачал головой. — Мои решения не подлежат обсуждению.
— Да чтоб тебе пусто было, — нос снова показался из теста.
— Ты это кому — мне?? К чертям захотел? — возмутился Творец.
— А можно? – обрадовался Тестовый Образец.
— Тоже нет. Живо иди терпеть боль, мучения и унижения во имя прогресса! — Творцу удалось стряхнуть Тестовый Образец с пальцев.
— Это у вас тут что, костер? — вяло поинтересовался Тестовый Образец у первобытных людей.
— Угу, — закивали первобытные.
— Хорошая вещь, — оценил Тестовый Образец. — Тепло, уют. А ничего, если я в него, скажем, лягу?
— Ты чё, совсем дурак? — удивились собеседники на первобытном языке. — Сгоришь. Больно, долго, неэффективно. Кстати, еще и не особо вкусно, хотя съедобно.
— Ну ладно, — отступил Тестовый Образец. — А можно я у вас полешку огня заберу к себе в пещеру? Зябко у меня там. А так вход шкурой закрою, щели травой законопачу, хворосту подкину…
Наутро первобытные обнаружили страдальца задохнувшимся от угарного газа. Первобытные люди долго откашливались, выбежав на улицу из пещеры, где была законопачена жухлой травой каждая трещинка.
— Боги пожарной безопасности приняли нашу жертву, — продышавшись, сообщил жрец, обливаясь ритуальными слезами.
Стоит признать, что это воплощение Тестового Образца было беспрецедентно переполнено разговорами. Во всех последующих он больше слушал, верней, слышал в последний момент.
— Не смей жрать наши счетные палочки! — разъяренно вопило африканское племя людоедов-изобретателей.
— Акулы безобидны, вот погладь! — утверждали первобытные рыбаки.
— Не хочешь ли ты запустить этот заостренный бумеранг? — вкрадчиво предлагали древние жители будущей Австралии.
— Как думаете, если ноги этого малохольного закатать в сандалии из цемента, пройдется ли он по дну Нила? — интересовалась древнеегипетская мафия.
— Это был не изюм, а пуговица, — кивал древнеиндийский вайшья.
— Толченное стекло усиливает потенцию, — утверждали в древнем Китае.
— Мальчик, помоги отрегулировать вот этот новенький камнемет, — хлопнул Тестового Образца по плечу дружелюбный воин. — Камнемет дали, а инструкция к нему – на тарабарщине какой-то. Подержи-ка вооот эту веревку, не бойся, натяжение тут слабое…
— Молодой человек, не гуляйте в зоне испытаний греческого огня! — прозвучал запоздалый совет из античного громкоговорителя.
— Друг, помоги отрегулировать этот требушет, — хлопнул Тестового Образца по плечу другой дружелюбный воин не то днем, не то тысячей лет позже. Через минуту войско с восторгом следило за тем, как человек, подобно птице, летит в воздухе и как, не подобно птице, размазывается о стены крепости.
— Святые угодники, да ты и за тысячу лет не отрегулируешь эту шайтан-машину, чтобы она не стреляла по своим же воротам! — услышал напоследок возмущенный вопль из толпы Тестовый Образец.
— Это порох, а не курево! – любезно, но слишком поздно предупредили в Китае.