- Знаешь, юный кролик, ты меня еще ни разу не разочаровал, — признался Фокусник. — От горшка — два вершка, а умный, как собака овчарка. Молодец, хвалю. Не иди в артисты. Я тебя лучше после представления какой-то симпатичной девочке подарю, хорошо? Пусть кормит тебя морковкой. Живи и радуйся. Только напомни мне, ладно?
- А как насчет превратить меня в человека? — поинтересовался я.
Фокусник вздохнул и уставился в темную даль, за поле, за лес, который очерчивал границы нашего волшебного мира.
- Не могу я тебя превратить в человека, — наконец прошелестел Фокусник. — Не умею я.
- Вам просто не хватает уверенности в себе, — с готовностью выпалил я. — Это все из-за неудачи с Рыбой. Все вы умеете! Вон какой мир нам создали силой мысли. Ладный, и солнце светит.
- Ты хоть и светлая голова, но все равно грызун, — усмехнулся Фокусник. — А это — суровая наука. Нелинейные пространства и все такое. Да что я тебе объясняю, все равно ведь не поймешь, верно?
Я молчал и переминался с лапы на лапу. Когда Фокуснику надоедали наши просьбы о чудесах разного масштаба, он напускал на себя важности и начинал говорить о всяких научных штуках — обычно этого было достаточно, чтобы незамысловато намекнуть: мол, чудес не бывает, весь мир состоит из одной сплошной науки. Месяц назад во время выступления я попросил сестру отвлечь внимание на себя и спер из-за кулис со стола Фокусника одну книгу и прочитал все, что смог найти в ней о нелинейных пространствах. И знаете, что? Там не было ни слова о том, что благодаря физике или математике кролики могут разговаривать и пить чай из чашки. Именно это я хотел сейчас сообщить Фокуснику, но боялся выдать свою осведомленность. Да и с книжкой неаккуратно получилось — папа по рассеянности сжевал ее наполовину. К тому же, мне отчаянно захотелось в кустики, и разговор нужно было заканчивать.
- Ну, вы все равно попробуйте, — пискнул я. — Если не получится, я не обижусь и не съеду с катушек, как Рыба. Честное кроличье!
- Давай вот как, — Фокусник, кряхтя, поднялся с крыльца. — Для выступления нужен крольчонок, а тебе уже скоро впору самому папой становиться. Так что… ну… можно попробовать тебя превратить, конечно. Но только когда отыграем на гастролях, понятно?
- Понятно, — степенно кивнул я, хотя едва не пищал от радости…
***
- Феноменально, — прошептал психотерапевт. — Так значит, фокус удался?
Я кивнул. Ася сидела с широко открытым ртом и с не менее широко распахнутыми глазами и, кажется, сегодня говорить не собиралась в принципе.
- Фантастика, — доктор то открывал, то закрывал свой ежедневник. — Удивительное рядом. Но знаете, по поводу лунатизма — вряд ли я вам чем смогу помочь. Это к ветеринару!
ПРИЗРАК
- Лучше б я сдох, — подумал Толик.
В целом, у него были все основания сдохнуть. Накануне Толик вернулся с работы в свое привычное время. По дороге его мучила одна очень сложная дилемма, и ближе к магазину возле дома она таки была решена в пользу баночки пива. Затем сама судьба подхватила Толика в свои руки и понесла, словно доверчивого вечноноворожденного младенца тридцати лет от роду, по дорожке малосвязанных между собой событий. В начале этой дорожки был звонок дружбана из соседнего подъезда и последующий его визит с пузырем вкусного домашнего самогона и домашним же сальцом. В конце дорожки маячила разбитая этим же дружбаном об его, Толика, голову пивная бутылка в 15 километрах от дома. Что было посредине? Черная всепоглощающая дыра безудержного веселья.
- Уууух, — Толик еще не пробовал открыть глаза, но понимал, что это затея очень рисковая.
Потянулся рукой, пошарил возле кровати и не нашел ничего питьевого. Пришлось открыть один глаз, и тотчас адские муки пронзили все естество Толика, и вместе с бледным светом начинающегося дня в сознание проникла неописуемая боль.
- Оооо, — прокомментировал Толик.
Перевел дух. Открыл второй глаз. Не спеша, сел — в этом деле лучше без спешки. Отдышался. По стеночке добрался до кухни, выпил залпом поллитровую кружку воды и чуть не выдал ее обратно. Умылся и свалился на табурет с мокрой рожей.
- Жопа, — резюмировал Толик.
- Не ругайся, — сделал строгое лицо призрак.
- Заткнись, и так тошно, — Толик озадаченно ощупывал голову, рельеф которой со вчера сильно изменился. — А, что? Кто тут? — наконец дернулся он. Толик жил сам. Не самая прибыльная работа, пиво с друзьями по вечерам, сериальчики про теории заговора и компьютерные игрушки, случайные незнакомки со всякими женскими прелестями — вот, собственно, и вся его жизнь.