– Рашат, а ты ничего не перепутал. Глава так и сказал: Раяк должен поставить крест на сбежавшем? – откашлявшись, спросил я. – Так и сказал?
– Да ты что, мне не веришь? Я специально крутился рядом с ними, чтобы потом тебе пересказать.
Напарник достал из наплечной котомки кусок лепешки и неспешно начал жевать.
– Кроме этого, независимо от тебя, отправится на поиски дикаря еще и команда с твоим вторым, проштрафившимся помощником, –продолжил накручивать меня товарищ. – Но думаю, ангел сильно искать смертника не станет. Зачем ему это. Ведь он уже почти вне школы, – с заметной завистью в голосе выдал юноша. – Скоро о своих подвигах будет рассказывать байки в племени.
Я приуныл.
– Рашат, тогда мне надо как можно скорее выбираться из этого сарая. Потом я не смогу найти след дикаря! Пожалуйста, придумай, как мне выбраться.
– Ну, не знаю, – давясь лепешкой, невнятно пролепетал подросток. – Я сейчас на заготовке валежника и могу договориться посидеть сутки вместо тебя в этой халупе. Но за это ты до конца сезона будешь вместо меня нести охрану ворот, – пристально посматривая на меня своими хитрыми глазёнками, проговорил ученик. – Договорились?
– Договорились! – удрученно пролепетал я.
– Единственное, не высовывайся из темноты и не болтай! – почему–то решил предупредить я напарника.
– Не учи старших. Не в школе. Я побежал отпрашиваться.
– Давай, но захвати под моим топчаном крест, – быстро сориентировался я.
– Добро.
Я опять остался в одиночестве. Чуть позже меня навестил наставник. Укорял за халатность. Но больше ничего не сказал. А я и не спрашивал. Ближе к обеду вернулся Рашат.
– Раяк. Я договорился надвое суток, – ученик, тяжело дыша, пригладил растрепавшиеся от бега волосы. – Если подведёшь, не сносить мне головы.
– Не подведу, – утешил я его. – А ты только на свет не высовывайся. И помалкивай. А в темноте никто разницу между нами не заметит. Впрочем, я это уже говорил.
Я забрал крест у партнера. Укрепил его на спинной перевязи. Взял перегрызенные дикарём мягкие ремни и сложил за пазуху хитона. Думаю для Дара по запаху от ошейника дикаря, найти пленника будет несложно.
Что-то смущало моего внутреннего хранителя. Посмотрев на Рашата, я понял, что не взял с собой малый крест.
– Рашат, я забираю у тебя малую крестушку, – тоном, не терпящем возражений, заявил я.
– Но мы так не договаривались! – возмутился ангел.
– Отступать уже некуда. Я забираю малый крест, а по возвращении отдам. И не спорь!
Нехотя, Рашат отцепил малый крест в чехле с предплечья, и передал мне.
– Ты там осторожней с ним. Это подарок на мой первый юбилей.
– Не трусь, – успокоил я его. – Всё будет хорошо.
Прикрепив кожаный чехол с его содержимым себе на руку, я был готов к поиску сбежавшего смертника.
Выскочив из хижины, постоянно оглядываясь по сторонам, помчался ко вторым воротам. На них стоял охранный воин с соседней группы. Такой же, как и я, бедолага, из вечно «провинившихся».
– Страж! Мне надо уйти исправлять свою глупость. Никто не должен заподозрить, что я вышел через эти ворота.
– Хорошо. Тогда мне придется отвернуться, чтобы не видеть, как ты их проходишь, – с улыбкой смотря мне в глаза, заявил юноша.
– Умно!
Я выскочил на просматриваемое место возле ворот и, всё также пригибаясь, помчался в сторону возвышавшихся вековых деревьев. Спрятавшись в их тени, начал призывно свистеть и звать Дара. Мой милый гибрид шакала с волчицей скоро откликнулся. Примчался, с треском проламываясь через кусты, закрутив возле меня свою весёлую карусель.
– Дарушка! Я тоже тебя очень рад видеть. Но сейчас помоги!
Достав из-за пазухи хитона куски разорванных дикарём ремней, и, дополняя просьбу ментальным образом, приказал своему четвероногому другу искать по запаху сбежавшего великана.