- Я был у восточных ворот. Стража мертва, а механизм разрушен, но я не видел там тел принцев и не слышал от агентов, что их обнаружили, – подал голос Моркант, отвечавший за восточную часть города. – Думаю, Ресетор успел, ворота закрылись не сразу, а принц был на коне.
- Известий из дворца нет?
Разведчик, ответственный за информацию о положении дел во дворце, так и не вернулся, поэтому все присутствующие лишь покачали головами и Лаэр продолжил:
- Мне докладывали, что корону Терениса переместили в церковь Триархии, так что мы двинемся туда.
- Думаете там тоже будет битва, в святая святых Лотера? – Матс, самый богобоязненный соратник Лаэра, сжал кулаки в праведном негодовании. – Ублюдки не посмеют осквернить священные стены храма!
- А если посмеют, то мы им помешаем! – Лаэр взмахнул рукой, делая оруженосцу знак подвести коня и вскочил на него, воздев меч к небесам. – Выдвигаемся! Главный храм Лотера привлечет множество людей, потерявших надежду, и мы должны защитить свой народ от врага, за Теренис и короля Белетора!
Тактично умолчав о короне, Лаэр поднял боевой дух окружающих его солдат, и отряд направился к храму Триархии, оставив в особняке лишь несколько людей для сохранения информационной сети и охраны.
Ситуация в богатом квартале Лотера еще не совсем вышла из-под контроля: культисты нечасто совались сюда, занимаясь резней в более доступных местах, но некоторые богатые дома уже успели пострадать от мародеров и стояли, оскорбленно глядя проемами разбитых окон на продвигающийся мимо них отряд.
«В богатом квартале так много культистов?» - Лаэр не видел другого объяснения абсолютной беззащитности роскошных резиденций перед мародерами, без охраны их могли оставить только фанатики, ушедшие выполнять волю своего жестокого бога.
***
Храм находился на границе богатого и бедного районов, открывая свои двери каждому, кто готов был впустить Триархию в свое сердце. Перед его воротами стоял отряд вооруженных воинов, и их командир, активно жестикулируя, пытался договориться о чем-то со священниками. Святые отцы оставались непреклонны, и воин распалялся все сильнее. Вдруг он взмахнул рукой, и выхватив из ножен меч, пронзил стоящего перед ним старика. Его соратники обнажили оружие и бросились в храм, оскверняя священное место кровопролитием.
- Вперед! Быстрее! – Лаэр пришпорил коня и бросился к воротам. Воины, сопровождающие рыцаря, не могли угнаться за всадником, но все равно перешли на бег, выкрикивая боевые кличи. Почти не замедляя скакуна, аристократ спрыгнул с него и ворвался в храм.
Разбойники не смогли далеко продвинуться в святая святых Триархии. Встреченные благословленными Микелосом флагеллянтами, они завязли в бою среди величественных колонн и образов Богов Порядка.
Лаэр, не раздумывая, врубился в гущу битвы. Стремительным движением он обезглавил щитоносца, не подозревавшего, что теперь нужно сражаться на два фронта. Честь и милосердие были неприменимы к осквернителям храмов, поэтому рыцарь вынул кинжал и метнул в спину головорезу, одержавшему верх над флагеллянтом и метнувшемуся в сторону алтаря.
В храм ворвались соратники Лаэра, и разбойники осознали свою участь. Некоторые попытались сдаться, но распаленные праведным гневом флагеллянты не собирались останавливаться, повергая каждого, осмелившегося бросить вызов богам. Через пару минут на ногах не осталось ни одного разбойника и Лаэр убрал меч в ножны, осеняя себя знамением Микелоса.
- Я благодарен за помощь. Сам Аман послал вас, чтобы прекратить это ужасное богохульство, – с алтаря спускался настоятель храма Триархии. Степенный старик с бородой, заплетенной в три косицы, облаченный в пышное одеяние, расшитое серебряными нитями, склонил голову, встав перед Лаэром. – К сожалению, на нас пал гнев Богов, и эти разбойники не первые и не последние, кто пытается разграбить и осквернить святыню Лотера.
- Святые воины хорошо справлялись и без нашей помощи, – Лаэр лукавил: флагеллянтов было не больше десятка, а после битвы на ногах стояли лишь четверо.
- Микелос хранит нас, но мы не готовы к такому, – старик нахмурил свои густые, косматые брови. – Тьма нависла над городом, что-то очень злое и жестокое родилось, чтобы покарать Лотер.
В голове рыцаря всплыла алая фигура, возвышающаяся над обезумевшей от крови и ужаса толпой, но Лаэр не поддался страху, ему приходилось встречаться с порождениями Другой Стороны и даже изгонять их обратно.
- Самая глубокая тьма хранится в сердцах людей, не демонов, – возразил он триарху. – А эти существа ведомы лишь инстинктом выживания и не способны испытывать ненависть.
Аврелий лишь покачал головой, не соглашаясь со словами рыцаря. Старик сделал знак служкам и те открыли двери в соседние помещения храма, так что зал сразу же заполнился гомоном, плачем и молитвами: в смежных комнатах ютились несколько десятков женщин с детьми и стариков.
- Так много несчастных… – Лаэр попытался сосчитать их, но люди все прибывали из других комнат и падали ниц перед алтарем, пытаясь вымолить прощение за грехи и отвести напасть от себя и своих близких. Женщины опасливо косились на вооруженных людей. Хоть воины и убрали оружие, они резко выделялись на фоне остальных.
- Это только начало, – тяжело вздохнул Аврелий, опираясь на перила. – Спасибо Аману, сейчас мы можем принять каждого, кто желает защиты Триархии, но я боюсь представить, что будет, когда храм переполнится.
- Если сюда проникнут культисты, все эти люди утонут в крови, – Лаэр сделал вид, что принял тяжелое решение. – Мы останемся, чтобы защитить храм Триархии. Я организую здесь командный пункт.