Демон провел когтями по полу, издав противный скрежет. От алого тела исходил жар, а из бездонной пасти несло мертвечиной. Молниеносным движением Лаэр метнул нож и бросился в коридор. Демон коротко рыкнул, вынимая из глазницы заостренный кусок металла, и ринулся следом.
Рыцарь бежал со всех ног. Выбирая на развилках случайные пути, он оказался перед винтовой лестницей, ведущей в келью Триарха. Лаэр оглянулся - демон отстал, либо рыцарь не был его главной целью.
«Беззащитные люди внизу будут лакомым куском для отродья» - он разрывался между долгом перед своими солдатами и долгом перед Белетором – «корона в келье Аврелия. Там он или нет, я должен забрать то, что принадлежит моему королю».
Откуда-то издалека раздался протяжный рык.
- Куда же ты запропастился, чертов старикан?! – Лаэр плюнул на первую ступень лестницы и помчался в свои покои - нужно вооружиться, ведь бой обещает быть кровавым.
Уже на подходе к своим покоям рыцарь увидел первых жертв демонического отродья. Разорванные на части могучими лапами, часовые не успели оказать никакого сопротивления и Лаэр с удивлением отметил отсутствие крови.
«Тварь высасывает всю кровь, чтобы поддерживать свое существование» - он ворвался в келью, схватил секиру, подаренную Белетором и ринулся на первый этаж, откуда раздавались крики ужаса и скрежещущее рычание монстра.
***
Бенедикта уложила своего ребенка спать и перекинулась парой слов с одним из воинов, как вдруг сверху раздался ужасающий рев. Горожане перепугались и стали разбегаться по углам, пытаясь спрятаться.
- Защитный строй у лестницы! – Рауд пытался навести порядок среди зарождавшейся паники, солдаты Лаэра сразу исполнили приказ командира, воины Триархии же построились в стороне. – Гражданские, в трапезную, сукины дети! Заблокируйте дверь столом и сидите тихо!
Бенедикта едва успела подняться со своим сыном и направиться к трапезной, как на лестнице мелькнуло красное пятно, женщина не успела разглядеть его, но ощутила, как отчаяние и страх начинают проникать в её душу.
- Микелос, защити нас, не позволь произойти кровопролитию в доме твоем, – Бенедикта истово молилась, перебегая главный зал. На входе в прачечную образовался затор: женщины толкались и ругались, дети кричали, кто-то упал и завыл от боли.
- Копья! – Рауд махнул рукой, и солдаты выставили перед собой стену копий, отчаянно надеясь, что демон не начнёт прорываться через них. Но монстра не интересовали закованные в доспехи, вооруженные люди. Могучим прыжком он перемахнул через строй солдат и оказался лицом к лицу с рыжим Раудом. Сержант успел только взмахнуть мечом, оставив на алой груди отметину и его голова, одним взмахом когтистой лапы, превратилась в мешанину костей и мозга.
Солдаты спешно старались перестроиться, смерть командира вселила ужас в сердца мужчин, но, к их чести, никто не побежал. Развернувшись они двинулись на врага, упивающегося кровью Рауда.
Бенедикта бросила попытки пробраться в трапезную и улеглась за колонной, безуспешно пытаясь успокоить сына.
- Тише, любимый мой, мама с тобой, – она укачивала ребенка, закрыв глаза, словно все вокруг было лишь ночным кошмаром, ожидающим рассвета, чтобы навсегда рассеяться в лучах восходящего солнца.
Горожане, успевшие прорваться в трапезную, пытались закрыть и заблокировать двери, но тщетно. Никто не хотел умирать и люди пытались любой ценой прорваться туда, где, по их мнению, было безопасно. Хрустели кости и лилась кровь. Демон, не задерживаясь у Рауда, в три прыжка преодолел расстояние до дверей и приземлился прямо в толпу беззащитных людей. Крики достигли апогея и начали резко обрываться с каждым взмахом когтистых лап.
Строй копейщиков распался. Со всей возможной скоростью они неслись, надеясь защитить безоружных, но безжалостное отродье и с них собрало кровавую дань. Орм и Хорм, братья-близнецы, первыми добрались до демона. Привычно обойдя противника с двух сторон, они начали атаку. Орм провел обманный финт копьем, в то время как Хорм, сначала подняв оружие, неожиданно нанес удар в бедро демона.
Копье погрузилось в плоть монстра, и второй брат попытался закрепить успех, ударив, как он думал, дезориентированного демона в горло. Но копье прошло мимо цели - изогнув лапу под невозможным углом, монстр пронзил грудь Орма и отшвырнул того в брата, готовясь отражать атаки остальных окруживших его воинов. Несколько солдат Триархии присоединились к воинам Лаэра, тщетно выкрикивая молитвы и Оберегающие Псалмы, призванные защищать от хищных сущностей, пришедших из-за Завесы, но большинство, сокрушенные страхом, бежали из церкви, забыв свой священный долг.
***
Лаэр мчался со всех ног, но спустившись с лестницы в главный зал, рыцарь едва сумел подавить крик отчаяния. Лишь двое солдат еще не утратили способность стоять на ногах - Хорм и Оден. Услышав топот позади, они на мгновение потеряли бдительность и сразу же поплатились жизнями. Демон сбил Хорма с ног, молниеносным прыжком размазав его по каменному полу, и, сразу же взмахнув лапой, снес Одену половину головы. Воин почти успел среагировать и пригнуться, но движения существа оказались слишком стремительны.
Отродье подняло окровавленную морду и ощерилось, словно издеваясь над Лаэром. В маслянисто-черных глазах отражались разорванные тела его солдат, и рыцарь едва сдерживался от того, чтобы набросится на тварь и изрубить её на куски, но годы воинского опыта позволили обуздать ярость и не совершить ошибку, которая оказалась бы последней в его жизни.
«Эта тварь слишком опасна, нельзя терять голову» - он невольно бросил взгляд на Одена и принял оборонительную стойку.
Бенедикта не отрывала глаз от рыцаря - несмотря на гибель всех своих товарищей он бросал чудовищу вызов, не выказывая даже тени страха и сомнений.
- Это сам Микелос пришел сразить монстра, – она сквозь слезы шептала ребенку, который настолько устал от криков, что забылся глубоким сном. – Сейчас он всех нас спасет.