Демон провел несколько осторожных атак, проверяя оборону Лаэра на прочность. Он не спешил бросаться напролом, инстинктивно ощущая исходящую от мужчины опасность. Рыцарь медленно вращал секиру, перехватывая из руки в руку, запутывая противника и рассеивая его внимание, чтобы нанести единственный смертельный удар.
Потустороннему существу наскучило ожидание, показавшийся опасным смертный, оказался таким же ничтожным, как и все остальные. Монстр оттолкнулся задними лапами и бросился на человека, рассчитывая раздавить его о каменный пол, но Лаэр уже видел эту атаку. Бросившись навстречу демону, он поднырнул под когтистые передние лапы и воспользовавшись импульсом от прыжка противника, вонзил ему в грудь секиру, погрузив лезвие по самый обух.
Обратным взмахом лапы, раненое отродье отшвырнуло Лаэра к колонне, и, ударившись о гранитное основание, мужчина потерял сознание. Демон заревел и вырвал из тела оружие. От раны валил пар и на глазах изумленной Бенедикты она затянулась, словно мгновение назад оттуда не торчал боевой топор. Монстр бросился к Лаэру, но женщина не могла позволить этому храброму рыцарю погибнуть.
Выскочив из-за колонны, где она оставила своего маленького сына, Бенедикта воздела руки и ощутила, как её тело наполняется теплом и силой. Маленькая женщина встала на пути демона и страх покинул её, уступив место спокойствию и умиротворению.
- Во имя Тимеры, больше здесь никто не умрет! – Бенедикта достала маленькую серебряную звезду, символ Богини Сострадания, подаренную ей мужем после рождения сына, и направила на демона.
***
Тело Лаэра словно разбилось вдребезги, все кости болели, а правая рука совершенно отказывалась повиноваться. Рыцарь открыл глаза и попытался встать, но услышав оглушительный рев демона, повернулся и обомлел.
Между ним и порождением ужаса стояла сама богиня сострадания Тимера. Окутанная ореолом белого света, она держала в руках звезду, направляя её на отродье. И демон отступил. Рыча и скребя когтями по полу, отродье бездны уступало сияющей богине. Яркая вспышка ослепила Лаэра, и монстр исчез, как и воплощение Тимеры. Осталась только ослепшая женщина, рухнувшая бездыханной на пол, сжимая в обгоревших до костей пальцах раскаленную звезду.
Глава 14.
- Белетор? – Ресетор осторожно подошел к брату, но король безучастно смотрел в стену, словно не замечая его. – Ты в порядке?
Принц протянул руку и положил на плечо Белетора, тот медленно повернул голову и также безучастно глянув на руку, снова уставился в стену. Харальд недовольно заворчал.
- Что с ним? – Ресетор в недоумении обратился к Корасу. Лекарь, выпивший неведомое снадобье, выглядел значительно лучше, чем до операции.
- К сожалению, его разум не пережил заточение в умершем теле, – он развел руками. – Я ведь предупреждал вас, что времени мало! Мне удалось вернуть его тело к жизни, но это просто оболочка. Белетор покинул нас и теперь даже моих сил не хватит чтобы вернуть его.
- Лжец! – Харальд, сжимая кулаки, направился к Корасу. – Ты чертов лжец!
- Постой, Харальд! – Ресетор хотел встать между лекарем и ярлом, но того было не остановить.
- Зря вы не захотели разойтись миром, – в голосе лекаря зазвучало торжество. – Впрочем, мощные источники никогда не будут лишними. Ил’ал А’м Ам’и!
Одаренный что есть сил рванулся к клеткам, и Харальд, рыча словно разъяренный медведь, бросился за ним.
- Проклятье! Проклятье! – Ресетор кинулся следом, надеясь остановить кровопролитие, но тут же, ужаснувшись, остановился.
Из груды лежавших в клетках источников выбиралось нечто мерзкое и противоестественное. Три огромных бесформенных тела вышли из клеток и Корас спрятался за ними.
- Лучше остановись, дикарь!
Впрочем, Харальд и так не собирался сломя голову бросаться на жутких тварей.
- Иначе мои големы разорвут тебя на куски, и я воспользуюсь твоей плотью, чтобы сделать своих детей еще сильнее, - Корас мягко провел рукой по одной из тварей.
Ресетор с дрожью смотрел на мерзких существ. Высотой в полтора человеческих роста, бесформенные, словно сшитые из разных тел, они, покачиваясь, стояли на толстых человеческих ногах. Он с содроганием считал конечности големов – не меньше пяти рук и по четыре ноги, а казавшиеся маленькими головы на толстых шеях вперились взглядами в своего хозяина, ожидая его команды.
- Охрани меня Конгульв от нечисти! – Харальд изобразил в воздухе священный знак северян и снял с пояса топор. – И этому выродку ты решил отдать своего брата, Ресетор?
Юноша был совершенно сбит с толку, лучший лекарь Терениса оказался самым настоящим мясником, проводящим отвратительные эксперименты на людях.
«Он солгал насчет Белетора?» - эта мысль пронзила голову Ресетора раскаленной иглой – «он сам убил его, чтобы сделать такое же чудовище».
Все остальные мысли мгновенно испарились из его сознания.
«Я привел своего брата на бойню» - фраза грохотала в его голове, не давая сосредоточиться – «Ойстейн, Гоккар и ещё один северянин погибли ради того, чтобы я привел своего брата на бойню и своими руками помог с его убийством».
- Твой брат был уже почти мертв, когда вы показали его мне, шанс на спасение был очень мал! – вмешался Корас. – Но тупоголовые дикари не поверили бы и казнили меня на месте…
- Ты лжешь! – яростно прорычал Ресетор. – Мой брат должен был выжить!
- Мальчик, я лечу людей дольше, чем ты ходишь по земле. Не смей даже думать о том, чтобы перечить мне! – лекарь больше не выказывал показного подобострастия, его голос сочился высокомерием. – Или я помогу тебе навсегда стать одним целым со своим братом.
Ресетор вынул меч, он слышал, как позади достает свой топор и подходит ближе Рагнар.